Книга Пленница Риверсайса, страница 91 – Алиса Болдырева

— Боги, Солана, он же твой брат! — на лице Лисии появилось брезгливое выражение.

— Троюродный, — парировала Солана, а Лисия возмущённо хмыкнула.

— И всё же ты рановато обзавелась любовником. Для начала тебе нужен наследник от Мариуса, а уж потом пускай в свою постель кого вздумается, хоть Хадвина.

— Я знаю, что мне нужен сын, — огрызнулась Солана, проигнорировав выпад матери, — можешь не напоминать об этом.

«Как только у меня появится сын, от Мариуса больше не будет прока», — думала Солана, мечтая сделать вдовой.

— Хорошо, — сказала Лисия, — не хотелось бы, чтобы все наши старания пропали даром. Через два месяца они снимут траур, и тогда…

Солана рассмеялась, зло и надтреснуто.

— Ты действительно так считаешь, мама? — она снова рассмеялась. Смех просто душил её. — Неужели ты так же слепа, как и Клаус? Неужели я одна вижу, что Мариус влюблён в девчонку Боллардов? Неужели ты уже забыла, как он бросился спасать её? Как коротка твоя память, оказывается! Боги, почему эта чертова потаскуха не свернула шею во время охоты, всем стало бы…

Комнату огласил звонкий хлопок, и щёка Соланы запылала. Мать ударила её. Солана вздрогнула, впившись в лицо матери колючим взглядом. Да как она только посмела?

— В своём ли ты уме? Прекрати истерить! Ты Танистри! Так и веди себя достойно! — осадила её Лисия. — С памятью у меня всё прекрасно, можешь не сомневаться, впрочем, как и со зрением. А вот тебе следовало бы попридержать язык за зубами. Знаешь ли, в замке всегда найдётся словоохотливая служанка, которая донесёт твои речи кому надо.

Эти слова немного отрезвили Солану, и, прижав руку к пылающей щеке, она сказала:

— Прости, мама, это всё нервы.

— Своими истериками и бездействием ты вряд ли добьёшься чего-то хорошего, Солана, — сказала ей Лисия, снова подойдя к окну. — Безусловно, я тоже вижу, что Мариус увлечён леди Тами. Надо полагать, что и Кейла уже заметила привязанность сына к этой девице. Да и девчонка, похоже, влюблена в него, только ещё не осознала этого, но вскоре и у неё откроются глаза. Она не глупа, как бы нам того хотелось, — Лисия задумчиво смотрела в окно. — И всё же Вэлдоны горды и порядочны, порой даже чересчур. Семейная честь для них превыше всего, — она усмехнулась. — Кейла не позволит Мариусу взять назад слово, что ещё при жизни дал его отец Грай. Вот увидишь, он будет вынужден жениться на тебе.

Солана снова вспыхнула. Вынужден? Он будет вынужден? Да кто он такой, этот Мариус Вэлдон? Сельский дурень, вот кто! И уж он ей точно не чета! Не будь Вэлдоны так баснословно богаты, отец в жизни бы не согласился на эту свадьбу!

И всё же её гордость была задета. Она не хотела думать о том, что Мариус пойдёт с ней в вектум лишь из-за чувства долга. Это так унизительно.

Лисия обернулась и жестом подозвала Солану к себе.

— Посмотри, — Лисия кивнула на окно, через которое как на ладони просматривался весь внутренний двор. — Вскоре всё это станет твоим, Солана. Вместе с золотодобывающими рудниками Вэлдонов. А наследник Мариуса, его сын, упрочит твоё положение здесь, на западе, — Лисия бросила на неё пристальный взгляд. — Осталось только отцепить надоедливый репей, который случайно запутался в подоле твоего платья, и теперь колит, причиняя беспокойство.

— Да, вот только этот репей зацепился весьма прочно, мама, и, кажется, уже успел пустить корни, — возразила Солана, вспоминая провал на охоте. Надо же, как Мариус бросился спасать эту девку. Видимо и впрямь воспылал к ней. А Клаус тоже хорош! Мог бы придумать что-нибудь понадёжнее, вместо того, чтобы резать путлище и пугать лошадь, заставляя ту нестись как оголтелую.