Книга Тридцать дней призрачного счастья без Аннабеллы, страница 7 – Алэн Акоб

— Я согласна — поджав губы.

А вот улица — дрогнувшим голосом — Petit-Musc не имеет никакого отношения ни к мускусу, ни к маленьким мартышкам, а к жрицам любви — да. Название улицы изначально, было — Прогуливающаяся проститутка, потом его изменили для приличия.

Пока я на кухне готовил стейки Клоэ принимала душ. Я всегда их жарю на сливочном масле, для этого у меня есть специальная сковорода, сделанная из различных сплавов, которая не пригорает. Не буду Вас обманывать, она всё таки обгорает и покрывается чёрным налётом. Меня просто обманули. Каждый раз я её натирал до блеска и всякий раз она чернела, пока к нам в гости не пришёл один из многочисленных друзей Аннабеллы, по профессии повар, который и посоветовал мне её просто никогда не мыть, а жарить на этом чёрном нагаре. Результат получился бесподобный.

Сначала я слегка обжариваю одну сторону стейка, потом другую, осторожно переворачивая стараясь не забрызгаться горячим сливочным маслом летящим во все стороны. Перец и соль только под самый конец, иначе они растворяется в масле и жиру.

Гарнир — зелёная фасоль, для меня нет ничего лучше чем бобовые к мясу, не знаю, может я и кулинарный извращенец. Ах да, соус, очень важная вещь в этом деле, нельзя его обойти стороной.

Так, поехали, соус Рокфор: берём немножко сметаны, разогреваем в маленькой кастрюльке, добавляю хороший шмяк сыра, естественно Рокфор и тихонько помешиваем метёлкой, не доводя до кипения, следом чёрный перец по вкусу и небольшой секрет. Я добавляю всегда немного рома, желательно гавайского, можно и белого, если нет ничего другого под рукой. Если Вы меня спрашиваете пропорции, то здесь Вам не поваренная книга, а роман о пропаже дорогой женщины.

— О! Дорогой, ты уже приготовил ужин — заворачиваясь в пеньюар Аннабеллы. Пропустив Дорогой мимо ушей, галантно приглашаю к столу

— Присаживайся, пока не остыло. Ловко орудуя вилкой и ножом, Клоэ нарезает тонкими ломтиками мясо и грациозно отправляла их в рот один за за другим, не забыв макнуть в соус рокфор. На тарелке время от времени образовывается небольшая лужица крови, в которую она макает кусочек хлеба, на моё удивление, тоже отправляла в рот.

— Ну как нравится? — интересуюсь я

— Угу — мычит она с полным ртом, глотнув вина из бокала — сама судьба свела нас, я так люблю мясо. Проглотив очередной кусочек, Клоэ подымает бокал и предлагает тост — давай выпьем за любовь

— Давай, я не имею ничего против — немного насторожившись

— У меня есть человек которого я люблю

— Как это прекрасно — с иронией

— Это большая проблема для меня, потому что из-за этого человека, я не могу полюбить никого другого

— Похвально, верность большая редкость в наши дни.

— Ты хочешь узнать кто это?

— А зачем? Может я не знаю его, но думаю он достойный человек, если его полюбила такая девушка как ты.

— Правда? Тогда я самая счастливая девушка в Мире

— Мне кажется я не очень понимаю куда ты клонишь, давай лучше выпьем.

В тот день Клое долго рассказывала про свою жизнь, про родителей, я слушал и поддакивал ей, пока мы не осушили обе бутылки. Меня никто не заставлял пропускать через уши, весь тот салат с которым она делилась со мной. Я слушал её, из приличия, сделав умное лицо, хотя пару раз еле сдерживался, чтобы не зевнуть. С Аннабеллой всё было по другому, мы любили друг друга и каждое её слово, жест воспринимался как должное, своё, родное.