Книга Прививка от любви, страница 64 – Мария Архангельская

— Босс… — Даниэл поднял руку. — Речь сейчас не о Матее. Не сомневайся, он своё получит. Но речь сейчас о ней.

Он ткнул в меня пальцем. И все снова посмотрели на меня.

— А что с ней? — спросила Альма.

— А то, что она — Стрелок. Это их знак, если вы не знали.

— И что? — Альма пожала плечами. — Татуировку может себе сделать кто угодно.

— Госпожа Свеннисен… — Даниэл вздохнул, кажется, с трудом удержавшись, чтоб не закатить глаза. — Кто будет делать себе такую татуировку? Даже если найдётся сумасшедший — знаете, что Стрелки с ним сделают, если узнают? Никто не захочет рисковать.

На самом деле ничего бы Стрелки не сделали — татуировка сама по себе ничего не значит, не настолько мы преисполнены сознания собственной важности. Но я промолчала — не читать же им лекцию об обычаях Ордена, в самом деле.

Фредерик посмотрел на меня. Потом снова перевёл взгляд на Даниэла. По его лицу ничего нельзя было прочесть.

— Ну, предположим даже, что она Стрелок, — всё тем же ровным тоном произнёс он. — Дальше что?

— А то, что мы не хотим продолжать поход с ней.

Остальные закивали, соглашаясь со словами Даниэла.

— Мы не хотим, чтобы она кого-нибудь из нас убила, — добавил Калум.

— До сих пор, однако ж, не убила, — заметил Фредерик.

— И долго это будет продолжаться? — Калум сплюнул. — Я готов рисковать своей шкурой, но в разумных пределах. Никто не водит с собой каттуса на собачьем поводке. Никто не хочет быть рядом со Стрелком.

— И что вы предлагаете?

— Пусть уходит. Катится на все четыре стороны.

— Одна? Под открытым небом, когда до города не менее двух суток пути, и это если идти через горы?

— Она ж Стрелок, — Даниэл пожал плечами.

— И что? Это не значит, что она бессмертна и неуязвима.

— Начальник, ты лучше не её, ты лучше себя пожалей. Когда она перережет тебе, спящему, глотку, будет поздно.

— Постойте, — вновь вмешалась Альма. — Вы что, собираетесь выгнать человека, женщину, даже толком не разобравшись? В конце концов, это может быть не татуировка, а просто рисунок, или ещё что-то в этом роде. Не нужно быть сумасшедшей, чтобы носить такое, на хэллоуинских карнавалах Стрелками нередко одеваются, сама видела.

— Ну, если это не то, что мы думаем, пусть покажет бок. Тогда и решим, — заявил Даниэл, и все снова посмотрели на меня.

— Лилиан, — спросила Альма, — ты им покажешь?

— Нет, — я скрестила руки на груди.

— Ага, значит настоящая! — вылез Матей.

— Заткнись, — бросил Даниэл.

— Нет, ну а что? Всех-то она не перебьёт, верно? Свитер ей задрать…

И расхрабрившийся Матей шагнул было вперёд. И тут же шарахнулся, когда я положила руку на рукоять пистолета и оскалилась. В следующий миг Даниэл отвесил ему затрещину.

— Я бы на твоём месте вообще рта не открывал, поганец! Хотя, босс, — он повернулся к Фредерику, — ему есть за что сказать спасибо, справедливости-то ради. Теперь мы узнали, кто она, не от пули в голову и не от яда в каше.

— Нет, Даниэл, я не собираюсь говорить спасибо тому, кто решил устроить себе бесплатный стриптиз за счёт моей сестры и моей сотрудницы. Моё условие остаётся в силе — больше я не хочу его видеть. И пусть вернёт свою долю оплаты, он её не заслужил. Иначе… Поверьте, у меня есть способы взыскать ущерб не только с него, но и с вас всех.

Даниэл перевёл взгляд со Свеннисена на Матея и пожал плечами: