Книга Огненный волк, страница 282 – Елизавета Дворецкая

— Все-таки тебе надо было хоть небольшую дружину своих привести, – услышала она голос отца. – Князю положено с дружиной быть.

— Ладно, – согласился Огнеяр. – Стаю выведу.

Обернувшись, он коротко свистнул и махнул кому-то рукой. Тут же в сенях раздался призывный вой, ему мигом ответили десятки голосов – будто только того и ждали. Стая была здесь уже четыре дня – отроки Огнеяра опередили Неизмировы полки. После ухода Огнеяра из Чуробора многие из Стаи разошлись кто куда, не желая служить Неизмиру и Светелу, но при вести о появлении своего Серебряного Волка собрались мгновенно. И теперь все тридцать два, включая Тополя, Кречета и Утреча, жили в дружинной избе на дворе Скородума, как прежде готовые день и ночь постоять за своего вожака, даже ревновали его к личивинам. Чуть-чуть обидно было обнаружить, что он и без них не пропал… Но на то он и сын Велеса, а служить ему – великая честь!

— И лесные свои дружины поставил бы на виду, – советовал Скородум. – Пусть поглядят, что тебя голыми руками не возьмешь.

— Это они и так знают. Пробовали уже. А я битвы не хочу. Я хоть и не Великая Мать, а тоже лишней крови не люблю. Они ведь как думают? – Внезапно разволновавшись, Огнеяр повернулся лицом к Скородуму, заговорил быстро и горячо. – С детства моего и Неизмир, и весь Чуробор знал: я пришел в мир убить. Убить! Да кого – неведомо. Двадцать лет весь Чуробор на меня зверем смотрел, каждый ждал – не ему ли волчара глотку норовит перервать! И не знали, что я с двенадцати лет, как узнал, так все боялся. Убить не того я боялся! Свое назначение я пришел исполнить, не чужое! А теперь знаю, кто мой противник. Я в мир пришел за кровью – так не за Неизмировой, не за Светеловой! Не за теми полками, что они на меня ведут! Знаю я, с кем мне биться предстоит, – и на других руку не подниму! А его Неизмир едва ли с собой ведет. Он в княжьих дружинах не служит, в битву со мной придет не по чужой воле – по своей судьбе. А судьба… Эх! – Огнеяр махнул рукой, словно устал доказывать и объяснять. – Оборотень! Были бы все, как я, искали бы все своей судьбы, а не чужой – много меньше было бы зла в мире, много добрее были бы к нам боги.

Огнеяр снова повернулся к воротам и стал смотреть на улицу, полную народом. Скородум и Дарована ничего не ответили на его речь, стараясь успеть ее обдумать хоть немного. Скородум и раньше считал Огнеяра правым. А Дарована вдруг подумала: «А зачем он сказал им все это? Зачем ему дружба ее отца? Почему Стая с радостью выбежала во двор и выстраивается напротив Скородумовой дружины, на ходу оправляя пояса и оружие?» Она боялась его глаз и клыков, за клыки посчитала его зверем и не разглядела чисто человеческой черты – он не хотел быть один. Всегда Огнеяр искал людей, хотел понимать их и быть понятым. Он готов был к дружбе и находил ее, если не мешали страх и предубеждение против оборотней. Но никакая нечисть не нуждается в дружбе. Огнеяр в ней нуждался и уже поэтому был человеком не хуже других. И пусть клыки, пусть шерсть на спине.

Понимание этого вдруг так ясно вошло в сознание Дарованы, что она охнула от удивления – как же раньше не догадалась? – поднесла ко рту руку, выглянула из-за плеча отца, стараясь увидеть Огнеяра. Но велишинцы за воротами разом закричали – к княжьему двору подъехал Неизмир.