Книга Утренний Всадник, страница 199 – Елизавета Дворецкая

Они снова ехали трое в ряд впереди дружины, но теперь Смеяна была в середине, как золотое солнышко на рыжей лошади между черной тучей вороного и серым облаком Держимирова коня. Держимир морщил губы, чтобы сдержать улыбку, и внимательно изучал дорогу впереди, но Смеяна знала, что он и видит, и слышит только ее. За прошедшие три месяца он научился очень важному делу, которого раньше не знал, – он научился улыбаться. С появлением Смеяны вся его дружина повеселела, и сам Держимир так изменился, как никто не мог и вообразить. Оказалось, что у него не так уж много врагов, а здесь, поблизости, и вообще ни одного нету. «Не хмурься! – весело наставляла его Смеяна. – Если тебя кто-то не любит, пусть у него голова и болит!» Время Звенилы казалось Держимиру страшным сном. Как же легко дышалось, каким же светлым стало небо, когда рядом появилась эта девушка с рыжими косами, вечно разлохмаченными, как будто солнечные лучи запутались в них и рвутся на волю. Смеяна никогда не вмешивалась в его княжеские дела, но неизменно сидела на ступеньке престола рядом с Баяном, и от ее присутствия Держимир был так благодушен и милостив, что вслед ему на всем пути полюдья летели благословения. Дрёмичи шутили, что им подменили князя, но этой подменой все были очень довольны.

— Подожди! – Смеяна вдруг подняла руку и принюхалась.

— Чего? Волк? – оживленно спросил Баян и быстро огляделся, будучи не прочь развлечься хорошей волчьей травлей.

Держимир молча придержал коня. Вся дружина позади них тоже стала останавливаться.

— Тут где-то полынья, – сказала Смеяна. – А над ней снегу чуть-чуть. Я ее не вижу, но чую. Тут ведь река глубокая?

— Сажен с пять будет, – подтвердил Баян.

— Не зимой проверял? – спросила Смеяна, бегло глянув на него.

Она соскочила с коня, Держимир сделал движение, как будто хотел ей помочь, но не успел. Смеяна бросила повод и осторожно шагнула вперед.

— Ты сама-то… – обеспокоенно начал Держимир.

— Нет, я не провалюсь! – Смеяна успокоительно помахала рукой. – Она вон там, у берега, где ива с дуплом. В той иве, как видно, живет кто-то, вот и оставил себе чистой водички…

Слышавшие ее отроки стали поспешно рисовать на груди знак громового колеса, защищаясь от неизвестной речной нежити. Смеяна сделала еще шаг, вытянула шею, принюхалась, пытаясь определить размер полыньи.

Вдруг в вышине послышался легкий шелест; вскинув голову, Смеяна различила на голубом небе очерк хищной птицы с распахнутыми крыльями.

— Ой, смотрите! – воскликнула она, показывая на небо. – Это ястреб?

Вслед за ней все подняли головы.

— Эх ты, вещая дева! – насмешливо ответил Баян, вглядевшись. – Это сокол.

Сокол тем временем снижался, разглядывал людей, как будто выбирал из них кого-то.

— Эй, ты приглядись получше, светел-ясен сокол! – с шутливой боязнью крикнул ему Баян. – Мы тебе не мыши!

И вдруг сокол камнем упал с высоты и закружился над головой Смеяны. Держимир подался вперед и замахнулся плетью, но она закричала:

— Нет, нет, не трогай! Его нельзя!

Держимир и сам знал, что сокол – священная птица Перуна. Князя слишком напугало это нападение на Смеяну, но сокол, похоже, не собирался на нее охотиться. Он кружил, точно примеривался сесть ей на плечо, но Смеяна не умела обращаться с ловчими птицами и отмахивалась, недоуменно бормоча: «Да ты что? Ты куда? Уйди!»