Книга Утренний Всадник, страница 183 – Елизавета Дворецкая

На их стук ворота не открылись, но из вежи высунулось несколько голов в шлемах, и голос спросил:

— Кто такие и чего надо?

— Здесь дрёмический князь Держимир со своей дружиной, – уверенно ответила Смеяна. – Князь Огнеяр Серебряный Волк позволил нам ехать по его земле и обещал нам помощь всех дебричей. Вот.

И она высоко подняла на раскрытой ладони серебряную бляшку с пояса Князя Волков. Больше сверху не раздалось ни одного слова, но тяжелые ворота, сбитые из расколотых пополам дубовых стволов, почти сразу стали медленно раскрываться наружу, как будто лопалась кожура исполинского желудя.

Как видно, поясная бляшка князя Огнеяра обладала здесь волшебным действием. Посадник-воевода Хортина и все его люди были гостеприимны, но не проявляли любопытства. Даже жена и три дочери воеводы, уведя Смеяну к себе в терем, предлагая ей умываться и переодеться – что было весьма кстати, так как она осталась только с теми пожитками, что были на ней во время бурана, – ни о чем ее не спрашивали, и любопытство прорывалось только в их взглядах.

Спустившись в гридницу, Смеяна увидела, что все дрёмичи уже сидят за столами, но не едят, хотя хлеба и мяса было достаточно, рыбная похлебка испускала пар в котле. Смеяна по привычке окинула взглядом края лавок, выискивая себе местечко, но вдруг заметила, что возле Держимира, по левую руку, осталось свободное место. И все двадцать пар глаз смотрели на нее с ожиданием, словно подталкивая к этому месту.

— Иди сюда! – Баян, сидевший справа от Держимира, кивнул ей через стол. – Это место… для тебя.

Лицо Держимира чуть заметно вздрогнуло, и Смеяна вдруг догадалась: раньше по левую руку от него сидела Звенила. Неужели все эти люди думают, что она собирается заменить Держимиру его «змею лупоглазую», как именовал ее Баян? Вот еще чего не хватало!

— Да не стой ты столбом, матушка! – взмолился Баян. – Есть хочу – сил нет, сейчас волком завою!

— А чего меня-то ждать? – с деланым удивлением откликнулась Смеяна, еще надеясь отвязаться от этого места, но все же сделала шаг вперед. – У вас все на столе! И хозяин. – Она кивнула на Держимира.

Князь дрёмичей ответил ей хмурым взглядом. Со времени встречи с Огнеяром с него не сходила мрачная задумчивость. Он понимал, что в его судьбе свершились большие перемены, но не те, каких он ждал и желал, и он не мог решить, к добру или к худу все обернулось. Смеяна вдруг подумала, что он сидит как лягушка в темном горшке: не зная, что вокруг творится и чего ждать. Ей стало жаль его, и она торопливо устремилась к столу.

Отрезав кусок хлеба от ближайшего каравая и кусок мяса от бараньей ноги, она подошла к очагу, положила хлеб и мясо в огонь и зашептала:

— Батюшка-домовой, Велес Подземный Хозяин, Макошь Мать Урожая, поешьте с нами и будьте милостивы, чтобы и в этом дому хлеб и мясо не переводились, и нас везде бы так по-доброму принимали. А случится нам в своем дому иноплеменников принимать – и мы гостей не обидим.

Огонь ярко вспыхнул, охватил жертву. Смеяна встала с колен, весело улыбнулась, оглядела молчащих отроков.

— Здешние боги приняли нашу дружбу! – просто и радостно сказала она.

И словно треснул лед, покрывавший лица: они смягчились, оживились, кто-то из самых молодых даже улыбнулся.

Смеяна обошла стол и села рядом с Держимиром. Он напрягся, когда она проходила у него за спиной, потом глянул на нее, но уже не так хмуро. Смеяна хотела сказать ему что-нибудь, но не находила слов. Любое слово могло обидеть его, рассердить. Он казался ей больным, но болезнь жила не в его теле, а в душе. Как Баян, опутанный наузом, был болен неволей, так и Держимир был болен тоской, разочарованием в своей судьбе, неуверенностью. Ярость и злость сгорели еще там, на глухой поляне, но на смену им осталась пустота.