Книга Потомок седьмой богини, страница 101 – Алессандра де Амальфи

«Меня наняли, чтобы управиться с виверной, и успехи на этом поприще трудно недооценить. Все, чем я занимаюсь помимо этого, касается только меня. Вернусь в Ателлу с отчетом через неделю».

Заяви я, что совместными усилиями мы заставили заклинание Вуарре сработать, надо мной в лучшем случае посмеялись бы. Да и то, что я знал о солианском короле, не выдержало бы критики – они не видели его ярости, торжества его боли и разочарования, жажды смести все на своем пути. Порой, глядя на Фабиана, я и сам сомневался в том, что воспоминания правдивы. Лишь темная, разрушительная магия, струящаяся по его венам, напоминала, что я не мог выдумать всех тех событий, иначе бы страх не сковывал тело при одной мысли о треске крыши над головой.

Спустя какое-то время Верховные перестали докучать. До последнего на удачу надеялась Лорелея, нараспев шепчущая обещания помочь, если я расскажу, как сумел вляпаться в такое дерьмо, – последнее слово заставило прыснуть от смеха, так нелепо оно звучало из ее уст. Вероятно, матушка стояла над ухом и нашептывала покорной дочери, что следовало сказать: в словарный запас госпожи директора подобная вульгарность вписалась бы как влитая.

Я сидел, свесив ноги со стены, и наблюдал за кипящей в городе жизнью. Следовало признать, было в отгороженности Тэлфорда от мира нечто чарующее. Все, прячущееся от глаз за оградой, манило и пугало, дарило возможность додумывать и сочинять, отчего поэты из столицы островов и были так популярны на материке. И в то же время город, находившийся в заточении, умел жить сам по себе – большинству местных и в голову не приходило, что внешний мир может быть интересным. Может быть другим. Люди же, покидавшие Тэлфорд, наверняка бывали лишь на войне – и оттого желание бросить все и помчаться навстречу морскому ветру сводилось к нулю.

Тобиас, я полагал, был из таких. Его прогнали из замка – по весьма забавной причине, как удалось выяснить, – и понизили в должности, опозорив, но даже это не заставило его уйти за стену. Впрочем, он подобрался к ней вплотную, пусть и нельзя сказать, была ли в этом хоть капля его воли.

Я чуть прищурился, выглядывая его дом среди сотен похожих – теперь он заметно выделялся, – и без труда отыскал рядом недовольного хозяина. У крыльца лежали горы материалов, купленные, вероятно, на все же добравшиеся до адресатов деньги, но работал Тобиас по-прежнему в одиночку. Пожилых родителей поблизости не было, однако на соседней улице я все же разглядел еще один знакомый образ: коричневый плащ, темные кудри и отблески солнца, мешающие разглядеть и запомнить черты лица.

Вивиан сидела на перилах моста, делая вид, что невероятно занята – не то подкидывала нож, не то игралась с едой, с высоты стены разглядеть подробности не удавалось. Движения ее были чуть нервными, дергаными, она изредка оглядывалась, словно боялась, что ее застанут за чем-то непристойным, и оттого наблюдать за ней становилось лишь интереснее. Я продержался около трех минут, затем любопытство стало нестерпимым.

Когда я возник за спиной наемницы, та мгновенно среагировала, но клинок остановила вовремя. Привычка казаться хладнокровным помогла мне не дернуться, чтобы самому не налететь на нож.

— О, – выдохнула она чуть более растерянно, нежели радостно. – Тебя-то я и выглядывала!