Книга Чудесные механизмы, страница 161 – Цинхань Цэцэ

Тоже верно. Чжу Юйхэн велел Вэй Ханчжи оседлать двух лошадей и сказал:

— Поехали.

— Ты тоже пойдешь? – А-Нань искоса взглянула на него. – Там может быть опасно.

«Благородный муж не стоит под стеной, грозящейся обвалиться» – Чжу Юйхэн прекрасно понимал эту истину. Однако сейчас, когда он втайне от А-Нань заключил под стражу ее Господина, а хайкэ повсюду ищут следы девушки, позволить ей уйти из поля зрения было определенно небезопасно. К тому же Вэй Ханчжи всегда был при нем, и юноша не верил, что в этом мире найдется кто-то, кто сможет причинить ему вред, когда рядом с ним его верный телохранитель.

Поэтому он лишь взглянул на А-Нань, вскочил на лошадь и повторил:

— Поехали.

Выехав через ворота Юнцзинь, они отправились на восток и вскоре достигли квартала Цинхэ.

Это было самое оживленное место в Ханчжоу. Сумерки еще не успели сгуститься, небо пока оставалось светлым, но уличные лавки уже зажгли фонари. Толпы людей сновали туда-сюда, вдоль улиц выстроились лотки с разнообразными закусками. У ворот популярных заведений постоянно толпились люди всех полов и возрастов, вокруг была настоящая давка.

А-Нань, к удивлению, направилась не к дому Чу, а указала на одну из лавок и сказала: «Вон там, я больше всего люблю их жареные луковые лепешки, купи мне парочку».

Аромат свежеиспеченных лепешек тянулся от этой, на первый взгляд неприметной, лавки по всей улице. Неудивительно, что у входа в нее собралась большая толпа. Чжу Юйхэн не хотел идти в места скопления людей и уже собирался сделать знак одному из телохранителей, как, оглянувшись на А-Нань, обнаружил, что та сбежала, свернув в один из переулков позади. Чжу Юйхэн тут же бросился за ней.

У входа в переулок находился изысканно украшенный ресторан, но в самом переулке не было ни души. Слух у А-Нань был очень чутким, уловив шаги за собой, она обернулась и, увидев, что это Чжу Юйхэн догнал ее, вопросительно подняла брови:

— Зачем ты пришел?

Чжу Юйхэн не успел ответить, как сзади подбежал телохранитель и протянул им завернутые в лист лотоса луковые лепешки. А-Нань рассмеялась и сунула сверток в руки Чжу Юйхэна.

— Подержи пока, я не могу активно двигаться, когда поем.

— Зачем ты пыталась спровадить меня? – Он нахмурился, глядя на нее.

— Я же сказала, что будет опасно, у меня нет времени отвлекаться на тебя, – беззаботно ответила А-Нань. – Раньше, когда я выполняла дела для Господина, тоже так поступала: говорила, куда иду, и уходила. Я же, так или иначе, вернусь, как дело будет сделано.

— И он всегда позволял тебе рисковать ради него, никогда не сопровождал тебя? – спросил Чжу Юйхэн, не удержавшись.

А-Нань слегка приподняла брови и задала встречный вопрос:

— Если и так известно, что дело опасное, зачем двоим рисковать собой?

— По крайней мере, я… – с расстановкой произнес Чжу Юйхэн, глядя на нее, – не позволил бы женщине одной рисковать ради меня, пока сам я оставался бы в тылу и пожинал плоды ее трудов.

— Ну, здорово! – А-Нань уловила в его словах попытку уколоть Господина, но вместо гневa рассмеялась, бросила на него косой взгляд и подняла подбородок. – Раз так, сделай для меня кое-какую грязную работу.

С этими словами она повела его в переулок, к задней части ресторана.

Дела в этом ресторане шли отменно хорошо, на заднем дворе хлопотали более десятка человек: тут мыли овощи, чистили водяные орехи, резали кур и уток – все были невероятно заняты. У входа на корточках сидел паренек лет двенадцати-тринадцати, он ошпаривал куриные тушки кипятком из кадки, вокруг стояла нестерпимая вонь.