Книга Кровавый пир, страница 139 – Го Цзинмин

Он поднял руку и прокусил кончик белого пальца, чернильно-черная кровь проступила маленькой каплей, а затем, словно живая, зашипела и закорчилась на пальце.

Пытаясь сдержать внутренний ужас, девушка отвернулась и закричала стоящему вдалеке второму мальчику:

— Хань Шуанши! Хань Шуанши!

Ее крик слегка озадачил его с Ци Ла. Подросток невольно обернулся, красный свет в его глазах еще не угас окончательно, а значит…

— Серебряный жрец, серебряный жрец! – закричала Юхуа, глядя во вспыхнувшие глаза Хань Шуанши. – Если позволите выжить, я расскажу, где находится Император Льда Эос!

На этот раз даже во взгляде Ци Ла отразилось невольное потрясение.

Принцесса вытащила окровавленную руку из уже выкрашенного кровью черного отверстия стелы и, просунув ее за ворот, с дрожью вынула эмалированный бубенчик. Она легонько встряхнула его, бубенчик не издал ни звука.

Хань Шуанши хранил молчание.

Очевидно, жреца одолевали сомнения.

Постаравшись изо всех сил придать своему голосу твердости и спокойствия, Юхуа, глядя на Хань Шуанши, продолжила разыгрывать козырь в своей руке:

— Я знаю, что вы отчаянно ищете его. Во-первых, потому что он занимает высшее положение в Асланде, а во-вторых, потому что сильно нуждаетесь в его даре. – Остановившись, она невольно бросила взгляд на Тэрэю с Ю Мином. – Вы хотите убить Тэрэю и Ю Мина, потому что им стало известно слишком много тайн. Однако, как и сказала Тэрэя, возможно, совсем скоро Асланд столкнется с объединенным вторжением трех наций. Думаете, сможете противостоять им, полагаясь лишь на Ци Ла, Хань Шуанши и Чжоу Е? Вам, верно, никак не удастся в короткие сроки создать новых князей, которые смогут заменить дары Тэрэи и Ю Мина. В таком случае не лучше ли позволить Эосу использовать дар, чтобы стереть часть их воспоминаний – ту часть, которую вы меньше всего хотите, чтобы они сохранили? Князья снова станут смертоносными, но бесконечно преданными вам разрушителями, которых вы когда-то обожали и которым доверяли больше остальных.

Тэрэя с Ю Мином одновременно уставились на Юхуа.

Никогда прежде она не удивляла Четвертого князя так сильно. Заносчивая, доверчивая и бесхитростная принцесса, которую когда-то в ней видела Тэрэя, в действительности же оказалась намного дальновидней и куда более безжалостной.

Гуйшань Ляньцюань обладала великолепным умом, однако была связана излишком так называемой праведной доброты и нравственного величия. В то время как сама Тэрэя обладала коварным умом и жестоким сердцем. Но Тяньшу Юхуа, девушка, похожая на только что распустившийся цветок, казалось, одновременно сочетала черты и ее, и Гуйшань Ляньцюань.

Она балансировала на чашах весов, пока не зная, кем именно хочет стать.

Вот что пугало сильнее всего.

Время капля за каплей утекало прочь, напряжение в безмолвном пространстве росло.

Наконец Хань Шуанши поднял глаза и радостно улыбнулся, белоснежные звериные зубки сверкнули холодным блеском.

Он повернул голову и, склонив ее к плечу, словно извиняясь, пожал плечами:

— Убей ее.

Черная кровь в ладони Чжоу Е, внезапно заклокотав и забурлив, затвердела острым, словно сделанным из черного кристалла, кинжалом. Вскинув запястье, мальчик отправил его прямо в глаз Юхуа.

Уклонившись назад, она громко и резко прокричала Хань Шуанши: