Книга Заступник из другого мира, страница 44 – Ольга Вознесенская

Ненавязчивый перезвон своей душевной мелодией постепенно окунал в быт Аселинии.

Прямоугольный дом-колодец, построенный из камня теплого бежево-песочного оттенка, скрывал внутри себя незастроенную территорию с огромным бассейном и фонтанами, в которую можно попасть только со двора. Окон хоть и виднелось много, но все они выглядели маленькими и дополнительно защищались решетками.

Ах… Как же ароматно и душисто здесь пахло. Сладость, разложенных на исписанных симметричным орнаментом пестрых оттенков блюдах, рахат-лукума, халвы и пастилы оттенял щекочущий ноздри глубокий запах специй и трав.

— Что замерли, как увязшие в зыбучих песках? — толкнув меня плечом, Шон ухмыльнулся. — Ну же, смелее. Не стоит опасаться нагов, на вас столь ценный яд никто тратить не станет. Идите же! — он возбуждённо хлопнул ладонями по хвосту. — Я познакомлю вас со старшей из нас — нашей шаманкой — мудрой Аделаидой. Она будет рада на вас взглянуть.

— Пить хочется, — протяжно заскулила Ханна, обращая печальный взгляд в сторону высокого кувшина, стоявшего на небольшом круглом столе рядом с разложенными на плоском блюде экзотическими фруктами, прямо за тарелкой размером чуть поменьше, наполненной орехами.

Каких только плодов там не лежало: гладкие и круглые оранжевого цвета, жёлтые и вытянутые, розовые и колючие, коричневые и мохнатые и другие. Со многими мне довелось познакомиться и даже отведать, но названия некоторых я припомнить не смогла.

— Элизия, угости девушек водой, — Шон постучал пальцами по стене и из женской зоны выползла юная, но очень страшненькая особа с двумя стаканами и медным кувшином, исписанным выпуклыми узорами.

В отличие от других, эта нагиня прислуживала в укороченном платье цвета фламинго, такая длина не сковывала ее аспидно-оранжевый хвост.

— Конечно, хозяин. Вы сегодня еще воинственнее, чем вчера. Мне показалось, или ваша кожа стала немного светлее? — ее льстивый тон и услужливое выражение лица в придачу к противному окрасу хвоста охарактеризовали, представшую перед нами змеюку, как ядовитую гадюку. — Прошу, леди, утолите жажду.

После таких наблюдений пить почти перехотелось, уж лучше умереть от обезвоживания, чем испить из рук этой мерзкой змеелюдки.

Ханна с жадностью накинулась на воду, не брезгуя. Чернобровая косоглазка вытолкнула из рта свой мерзкий раздвоенный язык и зачем-то спросила:

— Вкусно? Наша вода особенная.

Мои губы от омерзения искривились.

— Да, очень. Такая холодная и сладкая, — не замечая ничего кроме своего стакана, радостно ответила подруга.

— Элизия, не стоит докучать гостьям вопросами, они и так утомились, — игнорируя приторные комплименты и полные обожания взгляды, сухо произнес он.

— Как скажите, хозяин, — склоняя голову, полебезила она. Пышные лохмы цвета вороньего крыла, стянутые в нескольких местах синими лентами, коснулись песка.

Я ещё несколько секунд боролось с собой, но жажда пересилила мою брезгливость. Схватившись за стакан с блестящей зелёной каймой, медленно поднесла его к губам. Глоток, другой, этого было мало. Эту воду хотелось пить и пить, после нее оставалось приятное послевкусие и свежесть.

Наконец-то напившись, поставила стакан обратно на поднос.

— Спасибо, мне стало легче, — улыбнувшись Шону, нарочно отвернулась от, испепеляющий меня взглядом, ревнивицы.