Книга Заступник из другого мира, страница 1 – Ольга Вознесенская

Он пришел в мою жизнь из тёплого, солнечного края, в его мире никогда не завывает вьюга, и мороз не рисует на окнах замысловатые узоры, потому что там нет зимы. Но наша встреча произошла именно в это чудесное снежное время года, когда так хочется верить в сказку. Добрую, обязательно со счастливым концом. Припоминая все подробности первого разговора, я до сих пор краснею. Пусть я и вела себя глупо, но я ни о чем не жалею, ведь я безумно влюбилась в этого сильного, воинственного незнакомца с первого взгляда. Одно несерьезное баловство перед Рождеством с сапожком впустило в мою жизнь не только суженного, но и открыло дверь к радикальным переменам.

Про таких, как Шон Бирн, враги обычно сквозь зубы говорят: быстрый, скользкий, хитрый, незнающий пощады. Женщины, томно вздыхая, облизывают губы, подчеркивая страсть, сексуальность и мужественность нагов. Все это в моем возлюбленном определенно было, но в тот январский снежный вечер он запомнился мне совершенно иным — упертым, грубым, но при этом жутко обаятельным. Помню, как с интересом на него глазея, растерялась. И сказала не совсем то, что собиралась…

* * *

— Адель, мы с папой будем безумно по тебе скучать, но мне кажется, тебе уже пора собираться, завтра последний экзамен, — мама подошла ко мне со спины и приобняла за плечи. Затем, отстранившись, убрала за ухо мой непослушный рыжий локон. — А ты за все время, что провела дома, даже ни разу книгу в руки не взяла. Даже тетрадь с конспектами не просмотрела. — Мамин голос набирал высоту, упирающиеся в бока ладони вместе со слегка наклонным ко мне туловищем составили требовательную позу.

— Ну ма… прекрати, тебе это не идет, — протянула я, рассмеявшись.

Отложив в сторону помаду, я развернулась вместе со стулом к матери.

В свои сорок пять лет мамочка могла похвастаться свежим, юношеским лицом, от природы огненно-рыжими густыми волосами, которых не коснулась седина, и все таким же молодым певучим голосом. В малознакомых кругах нас считали сестрами. Я всегда была уменьшенной копией своей матери: озорной взгляд небесных глаз, вздёрнутый прямой нос, разметавшаяся по спине, копна длинных рыжих волос. Ох…и намучалась же я с этими вьюнками, пока не освоила и не опробовала на них чары послушания, — сухими не причешешь так, чтобы глаз радовался, а мокрые из-за густоты в косе долго высыхают. Ни одна прическа не выходит такой же красивой, как представляется.

— Губы и ресницы, вижу, накрасить не забыла, — в манере нудного родителя подметила она и извлекла из приставленного к письменного столу шкафчика учебник по травологии.

Мои губы всегда казались мне недостаточно сочными, поэтому я стремилась искусственно добавить им объём. Обрамлённые светло-коричневыми ресницами глаза теряли свою выразительность.

Ненавистные веснушки, как я не сводила их чарами, все равно через два-три дня, на лучший случай неделю, снова вылазили на носу и по бокам от него.

— О нет! Только не это! — наигранно захныкала я, прикрывая ладонями лицо. — Когда ты в последний раз примерила на себя роль ревизора, папа с тобой неделю не разговаривал. Может, не стоит портить наши почти идеальные отношения? — Хитро спросила я.

Шумно захлопнув старенькую книжку, мама сдалась:

— Только попробуй завалить основной предмет своей специальности. Хорошо, я тебя не контролирую. А ты обещаешь, что в общежитии все еще разочек перед сном повторишь? Чтобы освежить память.