Книга Эпический матч, страница 65 – Роберт Фадер

Василий понизил голос.

— На поле выходит Сборная Крупных СМИ. И, признаюсь, мне не нравится их уверенность.

Алисия смотрела на их капитана.

— Они уверены не потому, что умеют играть лучше. Они уверены потому, что привыкли объяснять любое поражение как победу.

Луис стоял у центра поля и смотрел на капитана соперников.

Ненависть улыбнулся ему.

— После сегодняшнего матча, — сказал он тихо, — люди будут помнить не то, что ты сделал. А то, что мы скажем, что ты сделал.

Луис не отвёл взгляда.

— Тогда нам придётся сыграть так, чтобы даже вы не смогли это испортить.

Наташа стояла у бровки. Змай поднял голову рядом с ней. Трибуны шумели. Камеры смотрели. Экраны мигали. Судья готовился к жеребьёвке.

И где-то в этом шуме, между правдой и её отражением, начинался матч против тех, кто умел заставить людей любить собственные цепи.

К моменту начала матча против Сборной Крупных СМИ стадион уже изменился. Ещё несколько дней назад трибуны встречали сборную Человечества почти единодушно: люди вставали, кричали имена Луиса, Наташи, Роберто, Франко, Алессио, Хуаны и игроков из Бангладеш. Они верили, что на поле выходит команда, которая сражается не только за счёт на табло, но и за право обычных людей смотреть в лицо тем, кто привык управлять миром из лож, кабинетов и закрытых советов.

Теперь в этом единодушии появилась трещина. За последние сутки крупные СМИ сделали то, что умели лучше всего: они не ударили никого кулаком, не перекрыли поставки еды, не заставили футболки душить игроков, но наполнили воздух подозрением. На огромных экранах, в телефонах, в новостных лентах, в коротких видео, в аналитических передачах и в бесконечных комментариях повторялись одни и те же мысли: Наташа слишком опасна, Луис слишком радикален, сборная Человечества хочет разрушить порядок, Змай является не символом свободы, а угрозой безопасности.

Миллионы людей не поверили этой кампании. Они уже видели достаточно, чтобы понимать, как выглядит настоящая ложь. Но были и другие: те, кто устал думать, кто привык доверять знакомому голосу диктора, кому легче было поверить, что сильные мира сего всё-таки знают лучше. Поэтому, когда сборная Человечества вышла на поле, стадион встретил её громко, но впервые в этом гуле толпы появились свист и крики недовольства.

Это была не половина стадиона и даже не треть, но этого хватило, чтобы Луис услышал. Он остановился на секунду и посмотрел на трибуны. После всего, что они сделали, после побед над МВФ, Продовольственной империей и Текстильной империей, часть людей всё равно была готова поверить тем, кто объяснял их свободу как опасность.

Наташа стояла у бровки. Лицо её оставалось спокойным, но глаза стали внимательнее. Она смотрела не только на тех, кто аплодировал, но и на тех, кто свистел, потому что именно там начинался настоящий матч.

Василий в комментаторской кабине говорил медленнее обычного:

— Дорогие зрители, атмосфера сегодня действительно необычная. Сборная Человечества впервые выходит на поле не под единый восторг трибун. Мы слышим и поддержку, и свист. Кампания против этой команды, похоже, дала результат.

Алисия кивнула:

— Крупные СМИ умеют не только рассказывать о реальности. Они умеют заранее подготавливать чувства людей к нужной версии реальности.