Книга Эпический матч, страница 42 – Роберт Фадер

В этот момент огромные экраны показали составы.

Сборная Человечества

Вратарь: Луис, капитан команды.

Защита: Роберто, Масуд Хан, Харун Чоудхури, Самир Карим.

Полузащита: Рафик Ислам, Джамал Уддин, Тарик Хоссейн.

Нападение: Алессио, Франко, Наим Рахман.

Главный тренер: Наташа.

Символ команды: Змай, серебристо-серый дракон свободы.

Продовольственная империя

Вратарь: Жан ГМО.

Защита: Барон Пшеницы, Герцог Кукурузы, Хозяин Семенного Патента, Маркиз Пестицидов.

Полузащита: Сахарный Рабовладелец, Плантатор Пальмового Масла, Логистический Удав, Биржевой Спекулянт Зерном.

Нападение: Король Голодных Цен, Принц Искусственного Дефицита, Мясной Магнат.

Главный тренер: Ненасытный негодяй.

На трибунах начался гул.

Сначала люди просто рассматривали состав Продовольственной империи.

Потом начали понимать.

Потом начали свистеть.

А потом весь стадион загудел от возмущения.

— Наташа! — закричал кто-то. — Скажи им!

— Микрофон Наташе!

— Пусть говорит!

Василий усмехнулся.

— Похоже, у нас появилась новая традиция. Перед каждым матчем стадион требует речь Наташи.

— Не стадион, — сказала Алисия. — Люди требуют смысла.

У кромки поля один из помощников ФАФИ растерянно посмотрел на ложу.

В ложе Президент футбола заметно побледнел.

— Нет, — сказал он. — Только не снова.

— Сэр, — прошептал помощник, глядя в планшет, — трансляцию этого матча купили ещё семьдесят две страны.

— И что?

— Только что права приобрели Китай и Индия.

Президент футбола замер.

— Китай и Индия?

— Да, сэр.

Другой помощник подбежал почти бегом.

— Онлайн-подписки выросли ещё на сорок процентов. Продажи формы сборной Человечества обогнали официальные товары чемпионата. Платформа перегружена.

Президент футбола медленно сел.

— Сколько мы заработали?

Помощник назвал цифру.

Президент футбола моргнул.

— Это за весь день?

— За последние минуты.

В ложе наступила тишина.

Потом женщина в сером костюме, которая уже однажды сказала правду вслух, спокойно заметила:

— Мы заработали больше, чем могли бы заработать на обычном чемпионате целиком.

Президент футбола закрыл лицо рукой.

— Дайте ей микрофон, — прошептал он. — Но пусть кто-нибудь проследит, чтобы дракон не подписывал рекламные контракты без нас.

Наташе принесли микрофон.

Она вышла к центру поля.

Стадион стих.

Даже игроки Продовольственной империи, которые секунду назад улыбались, стали серьёзнее.

Наташа подняла глаза на трибуны.

— Сегодня мы играем не против фермеров, — сказала она. — Не против людей, которые сеют, работают на земле, собирают урожай, пекут хлеб, кормят семьи и честно трудятся. Мы играем против тех, кто присвоил себе право решать, кому есть, а кому голодать.

На трибунах стало тихо.

— Перед нами Продовольственная империя. Те, кто превращает еду в цепь. Семена — в патент. Хлеб — в инструмент власти. Голод — в бизнес. Они говорят о рынке, но думают о контроле. Они говорят о производстве, но считают прибыль даже там, где дети не доедают.

Змай у скамейки запасных тихо поднял голову.

Багха Даршан, тигр Бонбиби, сел рядом, не сводя янтарных глаз с команды соперников.

— Но сегодня, — продолжила Наташа, — мы скажем им простую вещь: пища — это не привилегия. Хлеб — не оружие. Земля — не игрушка монополий. Народ не обязан умирать с голоду, чтобы кто-то на другом конце мира получил красивый отчёт о прибыли.