Книга Возвращение наследия, или Дипломная работа, страница 142 – София Шпиллер

Странно, но мне не было страшно.

Напротив, я ощущал странное спокойствие, почти уверенность: в Гроссфорте мне не причинят вреда.

Дойдя до конца галереи, я свернул налево — там была ниша, глубокая и тёмная, но в её глубине плясал неровный свет факела.

В нише стоял человек, державший этот самый факел — старинный, с потемневшей рукоятью, какими пользовались несколько веков назад. Мужчина стоял ко мне спиной и не спешил поворачиваться.

— Кто вы? — спросил я, подойдя ближе и равняясь с ним, чтобы посмотреть в лицо.

Мужчина медленно обернулся.

Он был стар — настолько, что казалось, будто время само отпечаталось на его коже. Седые волосы, редкие и тонкие, лежали прядями вдоль висков. Лицо изрезано глубокими морщинами, глаза — светлые, почти прозрачные. Одет он был в старую, потрёпанную служебную одежду — грубую ткань, выцветшую от времени, с металлическими пуговицами, которые давно вышли из моды. Я даже не мог понять, где он её взял: такое давно не шьют. Разве что достал из запасников замка.

— Я вас не знаю, — произнёс настороженно. — Кто вас сюда впустил?

От осознания, что Альма была здесь незадолго до меня и этот человек мог ей навредить, внутри всё сжалось. Он выглядел как бездомный, забредший в замок, и это вызывало тревогу.

— Сторож, — спокойно ответил он, голос его звучал так, будто доносился издалека, сквозь толщу веков. — Меня никто не впускал. Я жил здесь всегда.

Сначала я хотел было возмутиться такой наглости — как можно жить в замке без ведома хозяина?

Но потом посмотрел на него внимательнее. Что-то в его облике не давало мне разозлиться. Он словно был частью прошлого, призраком эпохи, давно ушедшей. И только тогда до меня дошли его слова — Что значит «жил»? — спросил я, чувствуя, как внутри становится холодно, хотя воздух в галерее оставался прежним. Опасность не ощущалась, но от его слов по спине пробежал лёгкий озноб. — То и значит, — слабо улыбнулся старик. — Прошло моё время.

Он повернулся к стене перед собой и поднёс факел поближе.

Только теперь я заметил, что в нише скрывалась огромная фреска — старинная, почти стёршаяся, но всё ещё различимая.

— Здесь твои ответы, — сказал старик, указывая на фреску дрожащей рукой. — Вы… призрак? — всё-таки смог вымолвить я.

До этого момента я был почти уверен, что в Гроссфорте их нет — особенно после того, как Альма сказала, что здесь живёт Искра, а не духи прошлого. — Скорее воспоминание, — ответил старик, и его голос прозвучал ещё тише, почти растворяясь в воздухе. — Ты нуждался в помощи.

Я замер, глядя на него. Пламя факела дрогнуло, отбрасывая причудливые тени на стену. В этот момент я понял: передо мной не просто дух.

Это часть истории Гроссфорта, его память, его голос.

— Что я должен увидеть? — тихо спросил я, наклоняясь ближе к фреске.

Сбоку, на левой стене ниши, был изображён высокий мужчина на вершине скалы. Под светом факела я с трудом узнал это место — это была та самая скала, на которой возведён Гроссфорт. Мужчина стоял, запрокинув голову, раскинув руки к небу, а над ним кружил белоснежный лебедь, расправив широкие крылья. Линии рисунка были чёткими, хоть и выцветшими от времени — каждая складка на плаще, каждое перо на крыльях птицы.

Я сделал шаг ближе, трость глухо стукнулась о каменный пол. Воздух вокруг фрески казался гуще, насыщеннее — будто сама магия пропитала это место.