Онлайн книга «Сказания о мононоке»
|
— Дзёдай тоже? Хм, как странно… А со мной он говорил весьма охотно. Знаешь, меня беспокоит один человек… — Кто же? — Одна из служанок сказала, что жизнь в замке теперь – это шторм… Мне кажется, что Рео Такэда и есть глаз бури, – решилась озвучить Кёко, совсем тихо, правда, почти шёпотом, и оглянулась опасливо на всякий случай. – Почему он за все два месяца других оммёдзи в замок не привёл? И дал нам всего пару дней, будто намеренно ищет повод нас убить. А любовник госпожи Акане сказал… странное. «Ещё немного, и Рео новым даймё станет». Это что же получается, мы оказались втянуты в политический заговор? Брат собирается идти на брата? Как же так получилось, что мононоке одному из них столь удачно благоволит, устраняет всех, кто Шину близок? Правда, и самого Рео чуть не убил… Хм, вот это не сходится. А вдруг госпожа Акане и впрямь колдовством владеет? А вдруг то покушение на Рео было показное? А вдруг… — Хватит. – Странник вдруг щёлкнул её по лбу. Кёко даже не заметила, как он вплотную к ней подошёл, настолько плотной была та шаль, в которую её замотали собственные мысли. – Слишком много «вдруг». В нашем деле додумывать недопустимо, как и мешать одно с другим. Оставь эти политические распри, госпожа. Мононоке интересоваться братской междоусобицей не станет, а замыслы Рео нас не касаются. Он всё равно слишком высоко стоит, чтобы до него можно было добраться, не упав и не свернув по дороге шею. Что же касается колдовства госпожи Акане… Нет такого заклинания, чтобы превратить мононоке в послушную зверушку. Это тебе не сикигами вроде Аояги. Вот если бы в замке у кого-то такой водился, то, может быть… И Странник резко замолчал. Кёко тоже послушно затихла. Голова у неё и так почти дымилась, пока она пыталась собрать эту мозаику. Как ни посмотри, рисунок на ней выходил нелепым и кривым, хотя казалось, что они собрали уже достаточно мерцающих осколков. «Может быть, у Странника получится? Да, наверняка получится, ведь он знает всё и обо всём». И, словно в доказательство этого, Странник пробормотал: — Ты сказала, что видела кота на крыше и он тебя столкнул. Может быть, не все шесть убийств были совершены мононоке… Хм. Идем-ка в тэнсю, поужинаем. – Он поманил Кёко пальцем с тёмно-серым когтем, словно она сама была котом, и та уставилась на него снизу вверх растерянно. – Когда желудок наполняется, голова освобождается. И да, ты молодец. Отдам тебе сегодня свою паровую булочку. Только не подслушивай больше ничьи разговоры, ладно? Какое-то нездоровое это увлечение. Паровую булочку Странник ей, однако, так и не отдал, потому что их на ужин не было. Зато было настоящее застолье аж из восьми блюд. На кухне к пиршеству господина Рео наготовили столько подносов с дичью, рыбой и мясом, что Кёко как «служанку» даже помогать таскать их привлекли. За это им обоим перепала бархатистая тыква и креветки в темпуре, рамен с маринованным яйцом, клёцки из капусты и те самые голуби в глазури с рыбно-каштановым печеньем, оставляющим на языке сладко-солёный маслянистый привкус. А старшая служанка в истрёпанном зелёном кимоно – та самая, которая громче всех поначалу гнала Кёко и Странника прочь, – даже тайком подложила им сливовое дайфуку к чаю в качестве гостинца. Словом, лепёшками с завтрака и паровыми булочками можно было и не запасаться. Для того чтобы съесть всё это, Страннику и Кёко потребовалось полтора часа и маленькая комнатка в конце коридора, куда их вежливо попросили спрятаться подальше от глаз гостей и где хранились недозревшая хурма и кухонная утварь. Из-за стенки было слышно, как в праздной зале горланят песни, шутки, тосты. От саке голос прорезался даже у самых скромных счетоводов, и где-то там, сквозь звон бокалов и токкури, слышалось зазывающее: |