Книга Ставка на любовь, страница 31 – Ольга Дашкова

Я посмотрела на него, Клим спокойно, без лишнего смотрел в окно. Профиль, короткие волосы, серьга в ухе которую я заметила только на третьей неделе.

Странная вещь узнавать человека постепенно. Сначала контур, потом детали. Сначала – закрытое лицо как окно на щеколду. Потом, как он берет кофе двумя руками, когда холодно. Как не заполняет паузы. Как смотрит на Семена не со злостью, просто наблюдает.

Детали которые я не собиралась замечать.

— Зор?

— А.

— Зачем ты на самом деле согласился. Не личная причина, настоящая.

Он помолчал. Долго. Для него долго, секунд пять.

— Отец приехал проверить что я держусь, – сказал наконец. – Я хотел, чтобы он увидел что я живу. Не по его сценарию.

— И как. Увидел?

— Увидел что-то.

— Что именно?

— Я сказал ему про тебя.

— Что сказал?

— Что есть одна девушка.

Тишина. За окном прошла стая птиц, быстро, все разом, исчезли за крышей.

— И что он?

— Впервые за вечер посмотрел на меня по-человечески.

Я не знала что с этим делать. Просто стояла и держала стакан с кофе который он принес не по плану с первого этажа пока мы на третьем.

— Хорошая была встреча? – спросила.

— Нет, – сказал он. – Но последние пять минут были нормальные.

* * *

После уроков шла домой одна. Думала о маме, о Маше над тарелкой, о коммуналке. О том что надо позвонить в школу насчет Машиной контрольной. Потом думала о том как он сказал – отец впервые посмотрел по-человечески. Просто потому что есть одна девушка. Которой нет.

Или есть. Нет. Есть договор. Четыре пункта. Никаких настоящих чувств. Я остановилась у продуктового. Зашла, взяла хлеб, молоко. Встала в очередь на кассу.

Пока стояла – достала телефон. Написала: нашла еще одну версию по боту

Ответил через минуту: кто

людмила васильевна

Долгая пауза. Потом: зачем ей

не знаю. просто интуиция

интересно

Убрала телефон. Заплатила за хлеб и молоко, точно, без сдачи, всегда считаю заранее. Вышла на улицу. Февраль, холодно, грязный снег. Мама дома наверное спит. Маша у соседки до шести. Коммуналка просрочена.

Все это правда и все это никуда не делось. Просто пока я писала про бот – на двадцать секунд забыла. Это было нечестно. Это было хорошо. Оба варианта одновременно и я не знала что с этим делать.

Шла домой и думала что надо перестать забывать. Что он уедет. Что договор. Что четыре пункта. Думала и все равно достала телефон снова.

Написала: людмила васильевна точно знает python

Он ответил сразу – одно слово: интересно.

Убрала телефон в карман. Улыбалась пока шла домой. Злилась что улыбаюсь. Все равно улыбалась.

Клим. Февраль. Середина месяца.

Не помню, на каком этапе игры я перестал считать дни.

Не заметил как. Просто однажды понял, что не помню когда последний раз думал, что осталось столько-то до конца года, столько-то до отъезда. Раньше считал автоматически, как фоновый процесс. Теперь фоновый процесс занимало другое.

Другая.

Дарина.

Мы разговаривали много.

Не для школы, просто разговаривали. Про бот, про Камю, про маленький город который работает как долгая память, про то почему она никогда не берет сдачу в магазине. Она объясняла, что считает заранее, это быстрее. Я спросил, мол или не хочешь быть должна? Она помолчала. Потом: оба варианта.

Это был не разговор по сценарию. Я это знал. Не трогал.