Книга Преданная. Любовь и долг, страница 93 – Лия Султан

Не знаю даже, что сказать, потому что она права: впервые за долгое время я чувствую себя совсем по-другому.

— Жанель, ты три года жила как монашка. Ты заслужила немного счастья. Неважно, кто он. Важно, как он к тебе относится. А он, судя по всему, относится так, что, если чуть-чуть поднажать, он будет носить тебя на руках.

— Я не хочу ни на что нажимать, — качаю головой. — И я боюсь снова ошибиться, ведь в одну реку дважды не войдешь. А он тоже Байзаков.

— Ох уж эти Байзаковы, — подруга игриво подмигивает мне и обхватывает губами трубочку.

— Он мне нравится, — признаюсь я. — Очень. И я не знаю, что с этим делать.

— Для начала — признать, что это нормально, — Лааль улыбается. — А потом — плыть по течению. Или не плыть, а нырнуть с головой. В любом случае, я одобряю.

Я тянусь к ней и сжимаю пальцами её ладонь.

— Спасибо, — говорю я. — За то, что ты есть.

— Всегда пожалуйста, — на полных губах играет легкая ухмылка. — Я с удовольствием понаблюдаю за этим романом.

Глава 43

Тамерлан

«Единственная честная дорога 0 это путь ошибок, разочарований и надежд. Жизнь есть выявление собственным опытом границ добра и зла», — сказал Довлатов.

Я практически никогда за почти тридцать лет не ошибался в делах. Мои расчеты, прогнозы и решения всегда были верны. Касым говорил, что у меня острый ум и чутье, а конкуренты считали меня просто невероятно фартовым. Всё, что я делал, покупал, продавал, строил, я делал только холодным умом, опираясь на цифры и факты, никогда не жалел никого, в том числе ближайший круг.

Но у жизни много переливчатых граней и сторон, и если в бизнесе я умел предугадывать и просчитывать наперед, то в делах сердечных всегда оставались прорехи. Купившись на красоту первой жены, я не увидел очевидного. Я хотел её и быстро получил. На долгие годы только дочь была моим главным приоритетом. Я не хотел видеть рядом с ней другую женщину, приводить в дом мачеху, понимая, что если мать избивала её, то и посторонней тетке не составит труда её сломать.

Вся моя личная жизнь оставалась за пределами нашего с Аялой мира. И когда она выросла и улетела учиться, ничего не изменилось. Я так привык к одиночеству, что не хотел ничего менять. И даже когда начал спать с Саидой, понимал, что это ненадолго. Понимал и всё равно совершил ошибку, выбрав женщину с работы. Потому что она была рядом, потому что мне нужно было быстро заполнить внезапную пустоту в моменте, потому что потом я втянулся на целых два месяца.

И вдруг как гром среди ясного неба появилась Она. Я не просил об этом, я не искал её и уже не думал, что когда-нибудь найду. Но хочешь рассмешить Бога — расскажи ему о своих планах. А в мои планы уж точно не входила Жанель Мустафина.

Три года назад мы с Касымом закрыли историю с ней раз и навсегда. Мы закрыли рты врачам и журналистам, сделали всё, чтобы Анвара не затаскали по допросам, как других фигурантов списка Айки. Это стоило нам седых волос, нервов и больших денег.

Но теперь, когда она снова ворвалась в мою жизнь, я не могу её забыть. Я думаю о ней, и каждый вечер меня тянет поехать в «золотой квадрат», чтобы увидеть её снова. Да, меня тянет магнитом, и чем сильнее я сопротивляюсь, тем острее чувствую потребность в ней.

Но... осталась ещё одна ошибка, которую нужно исправить. И имя ей — Саида.