Книга Змея. Часть 1, страница 139 – Лана Ланитова

— Ты не смеешь так говорить!

— Это почему же?

— Потому что ты – непосвященный в наше таинство! – она сверкнула тёмными очами и откинула назад распущенные волосы.

— Барбара, у тебя сейчас тот же самый взгляд, которого я когда-то боялся…

— Вот и бойся, – она заносчиво подняла подбородок.

— Варенька, да разве это хорошо, ежели твой возлюбленный будет робеть в твоём присутствии? Я же тогда перестану быть мужчиной.

В ответ она горделиво молчала.

— Ну, же… Любимая, разве я тебе не дорог?

— Дорог Миша, но есть такие вещи, о которых я не вольна говорить даже тебе. И потом зря ты считаешь Казимира шарлатаном. Он очень порядочный человек.

— Так, стало быть, ты любишь его?

— Нет… Если бы я его любила, то не была бы сейчас здесь. А насчёт спиритизма, Миша… Я сама, возможно, считала бы себя последней лгуньей и жалкой лицедейкой, если бы не видела многих духов ровно так, как вижу сейчас тебя. Да, что там говорить… Однажды на подобном сеансе, проводимом двумя знаменитыми медиумами и Казимиром, я вошла в контакт со своей покойной матерью. И это была точно она! – на глазах Барбары показались слёзы.

— Варенька, душа моя… – он подошёл и обнял её за плечи. – Маленькая моя девочка, не плачь, я не дам тебя в обиду. Слышишь? Я хочу стать для тебя самым близким человеком. Я хочу любить и защищать тебя, милая.

— Миша, я тоже этого хочу, но я совсем не уверена в том, что у нас всё это получится.

— У нас всё с тобою получится. Завтра утром я тебе поведаю о своем плане. А сейчас расскажи мне всё-таки, как ты познакомилась с мужем.

— Хорошо, – она присела на кровать и смахнула рукой непрошеную слезу. – Когда умерла мама, отцу пришлось взять на себя заботы по нашему воспитанию. Брат в то время учился в гимназии, а меня туда лишь только собирались отправить. Как нам было тяжело без матери, я не стану рассказывать, ибо это отдельная и весьма печальная история. Об этом может поведать каждый человек, в чей жизни случилось нежданное и острое сиротство. Сначала всё шло довольно благополучно. Хотя бы внешне. С семи до десяти лет я окончила три класса гимназии, а брат в то время, как и отец, увлеченный оккультными науками и спиритизмом, собирался поступать на философский факультет. Перед поступлением отец нанял ему нескольких преподавателей, чтобы они подготовили его к экзаменам. Он целый год занимался с учителями латинского, греческого и немецкого, а так же подтягивал русскую грамматику, историю и прочие науки.

В то время более прочих мой отец общался с одним человеком. Звали его Николаем Ивановичем Сотниковым. Это был высокий, русоволосый мужчина, с приятными манерами и очень красивым лицом. Он оказался настолько тонким и умным собеседником, что изначально слишком очаровал моего отца. У них нашлось довольно общих тем – от философии до живописи и литературы.

— И спиритизм?

— Нет, изначально он вовсе не был никаким спиритом. Но придя на сеанс к отцу и его товарищам, увлекся этой страстью, казалось, всерьёз и надолго. Помимо прочего, он был далеко не бедным человеком, но невероятно скупым и расчетливым. Хотя, перед отцом он тщательно скрывал свою корыстную натуру и пытался выглядеть щедрым и очень компанейским. Мой отец не жаловал скаредов, ибо сам готов был отдать последнее и часто помогал оказавшимся в нужде товарищам. Так мы и продолжали жить после смерти мамы. Однако всё хорошее когда-нибудь заканчивается. Таков, видимо, фатум… Но, я слукавлю, если скажу, что дело обошлось без женщины. Я безмерно уважаю память своих родителей, но должна быть откровенна и последовательна до конца.