Книга Психология убийства, страница 89 – Марина Серова

— И как ты это собираешься сделать? — поинтересовался Владимир.

— Ты мне в этом поможешь, Володь, — ответила я.

— Каким же образом?

— Вызови Валерию и Константина сюда, в Управление. А я тем временем…

— А ты тем временем вооружишься своими универсальными отмычками и вскроешь частное жилище, — хмыкнул Владимир.

— Ну конечно! Я же известная домушница, ты разве не знал?

— Знал, но сомневался, а теперь вот знаю точно, — подыграл мне Владимир.

— Но, Володь, кроме шуток. Мне ведь только необходимо будет убедиться в том, что ветровка находится в квартире в таком-то месте. Только это. И я испарюсь из квартиры, как будто меня там и не было. А потом — понятые, полиция, все как полагается по закону, — объяснила я.

— Ладно, убедила, — кивнул Владимир.

Спустя час, в течение которого я пообедала в кафе, мне позвонил Владимир Кирьянов.

— Тань, они у меня, оба.

— Ну и как они? — спросила я.

— Она напряжена и очень злая, а он… он как будто бы в какой-то прострации, что ли. Короче, давай быстрее, я не могу долго их держать, — предупредил Владимир.

— Поняла. Как только закончу осмотр, так сразу же отзвонюсь, — пообещала я.

— Буду ждать, — ответил Владимир и отключился.

Я вошла в подъезд дома Константина и Валерии и поднялась на их этаж. На лестничной клетке было тихо. Я еще постояла пару минут, чтобы окончательно убедиться в том, что мне никто не помешает.

Теперь можно приступать. Я надела перчатки и достала универсальные отмычки. Пусть Владимир Кирьянов подтрунивает надо мной, но в ряде случаев они просто незаменимы.

Бесшумно открыв входную дверь, я вошла в квартиру. Пошарив на стене, я щелкнула выключателем, и прихожая озарилась неярким светом. Я начала внимательно осматривать одежду, которая находилась в коридоре. Черной ветровки не было. Ну естественно, кто же оставит улику, в которой совершал убийство, на самом виду?

Я прошла в первую комнату и начала осмотр со шкафа, который стоял в дальнем углу. Открыв створки, я стала перебирать вещи. Это были разные свитера, футболки, куртки, но нужная мне ветровка с оторванной пуговицей отсутствовала.

Может быть, Валерия бросила ветровку под диван? Я наклонилась и посветила фонариком: пусто, только вороха пыли. Ладно, пойдем дальше.

Следующей была спальня. Я вошла в нее и заметила комод, который стоял около двери. Я начала поочередно открывать ящики комода и осматривать то, что в них находилось. Там лежали носки, плавки, майки, то есть нижнее мужское белье. В другом ящике комода находились бюстгальтеры и трусы. Стало быть, этот ящик был отведен для Валерии.

Я перешла к трехстворчатому шкафу еще советского производства. Внутри висела женская одежда — юбки, платья, блузки, — а также пара мужских костюмов и сорочек. В самом низу лежали свернутые в трубочку вещи. Зачем Валерия их сворачивала? У нас была соседка — пожилая женщина восьмидесяти лет с деменцией. Так вот, у нее все вещи в шкафу были именно свернуты, а не развешаны. Но ведь Валерии еще нет восьмидесяти, хотя деменция сейчас помолодела.

Я начала разворачивать эти «трубочки» и… нашла то, что искала. Черная ветровка, средняя пуговица отсутствовала, а остальные были как раз такого размера и формы, как и у пуговицы, которую я нашла в спальне Екатерины и Владимира Четвертушкиных.