Книга Ковчег Иуды, страница 113 – Андреас Грубер

Только деревенский жандарм предложил патрулировать улицы на машине и высматривать Базедова.

Сначала они обыскали комнаты в «Буром Пятироге», затем перевернули каждое помещение в «Газлайт». Ничего не найдя, встретились у мраморного фонтана и решили действовать системно. Начать хотели с деревенской площади.

Пока Филипп и Бергер поднимались по каменной лестнице к церковному холму, Кёрнер с Сабриски пошли по боковому переулку возле бакалейной лавки.

К тому времени буря перешла в мелкий моросящий дождь. Зато поднялся туман: молочные полосы ползли по булыжной мостовой. Луна висела над крышей дискотеки и освещала запутанные переулки. Вдоль тротуаров теснились кривые дома и деревянные сараи. Без лунного света они почти ничего бы не видели: уличное освещение всё ещё не работало.

Кёрнер снова и снова звал Базедова. С каждым разом громче; и чем глубже они входили в лабиринт улочек, тем яростнее он надрывал голос.

— Уже половина десятого ночи, — напомнила Сабриски.

— И что? — Он, задыхаясь, прислонился к стене дома; по лбу катился пот. — Где-то же он должен быть!

— Думаешь, он мог так над нами подшутить?

— Базедов? — выкрикнул Кёрнер. — Никогда! Ты вообще когда-нибудь слышала, чтобы Базедов шутил?

Она покачала головой.

Он помчался дальше. Снова и снова выкрикивал имя Базедова, пока не заболело горло и голос не сорвался в хрип. Он промок насквозь; вода стояла даже в ботинках.

Оглянувшись, Кёрнер заметил, что туман доходит ему до бёдер. Узкие переулки были залиты свинцово-серыми клубами. Вот так, должно быть, всё и будет выглядеть, если дамбу прорвёт и паводок хлынет в посёлок.

Сабриски отстала на несколько сотен метров. Она сидела на корточках; из тумана торчала только голова.

Что, чёрт возьми, она делает? Стоит на коленях в сточной канаве? Упала?

— Алекс! Быстро! — крикнула она.

Сердце Кёрнера подпрыгнуло. Он бросился к ней. Сабриски не смотрела на него — возилась с чем-то на земле. Запыхавшись, он остановился рядом.

— Что там?

Она стояла на коленях в нише между домами рядом с безжизненным комком, лежавшим в канаве. Это был не Базедов. Тело слишком маленькое — он понял это сразу. Морда, хвост. Собака. Всего лишь дворняга.

— Пойдём дальше! — поторопил Кёрнер.

Сегодня утром он видел в контейнере возле кабинета доктора Вебера столько трупов животных, что мёртвая собака его не тронула.

— Сеттер, — пробормотала Сабриски. — Это тот пёс, который вчера дважды пробегал через место преступления в «Газлайт».

— Собака Сабины Крайник!

Внезапно Кёрнеру стало не всё равно. Ещё вчера сеттер был живее всех живых, скакал по месту преступления, а потом пошёл за ним через улицу, когда они с Бергер направились к дому Крайников.

— Ты уверена? — спросила она.

— Я видел его на фотографии. Он сидел на лугу рядом с Сабиной Крайник.

Сабриски перевернула труп. Бок у собаки был разорван. Глубокая рана вскрыла грудную клетку животного. Наружу торчали рёбра и клочья шерсти.

— Кто вообще способен так изуродовать животное?

Кёрнер серьёзно посмотрел на неё.

— Тот же, кто убил Сабину Крайник.

И тут он снова подумал о Базедове.

— Где бы ты спрятала в посёлке труп?

— С чего ты взял?

— Давай, отвечай! — поторопил он. — Куда бы ты дела труп?

— Бросила бы в реку.

— За мной! — крикнул он и побежал.