Книга Коррида с предателем, страница 97 – Ирина Дегтярева

— А тебе не кажется, что у этого типа немецкий акцент? — негромко по-русски спросил узколицый, покосившись на Анатолия. — Какой-то он мутный. Слишком возмущается! Обычный турист был бы больше напуган.

— Американец! Они все наглые. Этот, по-моему, не при делах…

«Ого!» — мысленно воскликнул Анатолий. Он очень давно не слышал русскую речь и очень испугался. Неужели так сложится судьба, что он, избежав возвращения в Союз, попадется МГБ в лапы в Аргентине, причем не являясь целью их разработки?!

Кондратюк постарался сделать лицо испуганным, взволнованным и не подавать виду, что он понял русскую речь.

— Орлов не прикончит там этого фашиста? — снова спросил узколицый.

— Пойди погляди. Нам он нужен живым. Подождем здесь еще часа два. Оставим Николаса на всякий случай. — Он обернулся к Анатолию и продолжил расспросы на испанском:

— Почему вы зашли в этот книжный магазин? Вам кто-то говорил о нем? Или, может, здесь работает ваш знакомый?

— Что за ерунда! Я шел по улице, увидел открытый магазин и решил зайти, побыть в прохладе несколько минут. На улице такое пекло! — Кондратюк достал платок из кармана и отер лоб, одновременно другую руку прижал к карману пиджака, где лежал кольт.

Внимание краснорожего слегка рассеялось, он даже встал в пол-оборота к «американцу», глядя вслед напарнику, заглядывающему в дверь. Анатолий тоже невольно вытянул шею. Заметил в приоткрывшемся проеме ножки опрокинутого стула в каморке с еще более тусклым освещением, чем в первой комнате. Он успел увидеть чьи-то кофейные лакированные штиблеты с носами, отделанными более темной кожей.

— Что тут?.. — начал было спрашивать узколицый, но его оборвала дверь на полуслове, вылетев ему навстречу в лоб так, что его шляпа улетела метра на два назад. Сразу стало видно, что парень совсем молоденький. Он раскрыл рот от испуга, боли и неожиданности. Кровь брызнула у него словно бы сразу изо рта, из носа и рассеченного лба.

Согнувшись в три погибели, из второй комнаты вылетел человек с белокурыми волосами, слипшимися от крови, с разбитым лицом, отчаянным, оскаленным в зверином ожесточенном выражении. Это он вынес дверь, навалившись на нее всем телом. Отлетевший узколицый сбил с ног напарника, допрашивающего Анатолия. Оба полетели на пол. Кондратюк едва успел увернуться, чтобы не упасть вместе с ними. Краснорожий, скорее по инерции, чем прицельно, выстрелил из револьвера.

Выстрел, оглушительный в помещении, ударил всем по барабанным перепонкам. А для Анатолия он прозвучал как звук стартового пистолета для скаковой лошади. И Кондратюк понесся галопом следом за белокурым наружу. Навстречу им из магазина пытались ворваться остававшиеся в торговом зале. Но белокурый снес их в каком-то бешеном запале, разом всех троих.

Кондратюку осталось только перепрыгнуть через барахтавшихся на полу поверженных врагов. Сзади уже топотали очухавшиеся. И они были наверняка настроены решительно. Это Анатолий понял, когда мимо уха просвистела уже не случайная пуля.

Орлов в кофейных штиблетах тоже бежал следом. Кондратюк слышал, как он отборно матерился, на бегу оправдываясь перед товарищами, что «фашистская морда» нанесла ему коварный удар ниже пояса. Если бы Анатолию не было так страшно, он бы рассмеялся.

Однако сейчас, растеряв вальяжность американского туриста, потеряв белую шляпу, Анатолий большими скачками, благо длинные ноги позволяли, пересек небольшой зал книжного магазина и выпрыгнул на солнечную улицу. Оглядываться было некогда. Сзади снова выстрелили.