Книга Коррида с предателем, страница 82 – Ирина Дегтярева

— Я этого не знаю.

Крылов и в самом деле не знал и пока еще не принял для себя окончательного решения. Джордж не стал давить на него излишне. Этому стажеру-недотепе, польстившемуся на чары их Саманты, отрабатывающей американское гражданство, и так придется многое переосмыслить в ближайшие сутки. На более длительное время без присмотра его оставлять ЦРУ не собиралось. В случае с вербовкой профессиональных разведчиков главное действовать мягко, но напористо, не позволяя разведчику опомниться, что называется, вынырнуть и вдохнуть воздуха. Им требовалось быстро развивать успех и работать с Крыловым плотно.

— Хорошо, — покладисто согласился Джордж. — Вы производите на нас впечатление человека рассудочного и прагматичного. Я надеюсь, вы не сделаете необдуманных шагов. Вас ждет большое будущее при осмотрительности и нашем содействии. Я уж не говорю о финансовом благополучии. Мы откроем счет на ваше имя.

— И каким образом я смогу пользоваться этими деньгами в Союзе? — покосился на него Крылов с ужасом во взгляде, находясь словно во сне и желая сейчас же проснуться.

— В СССР, думаю, это будет слишком опасно для вас. Но не всегда же вы будете там. Со временем сможете перебраться на Запад, когда поймете, что в России станет опасно. И здесь или в любой европейской стране вы сможете жить безбедно. Но мы торопимся и слишком далеко заглядываем в будущее… Давайте заглянем в наше ближайшее будущее и договоримся о встрече, скажем, на завтрашний вечер. В семь часов, здесь же. Буду я или Шон. Кстати, познакомьтесь.

Сидящий в углу мужчина приподнялся и молча кивнул Олегу. Тот невольно поклонился в ответ, чувствуя себя китайским болванчиком.

Крылов вышел из этой пыльной комнатки, словно одеревенев, на негнущихся ногах и в обморочном состоянии. Куда делся его апломб?! Он чувствовал себя опустошенным и не знал, что думать, как быть. Впрочем, ему оставалось только плыть по тщательно выкопанному ЦРУ и Джорджем руслу.

Олег вышел на воздух и почувствовал себя лучше. Он сел на одну из многочисленных ступеней административного здания, где любили отдыхать и сидеть на солнышке студенты и даже преподаватели.

Крылов смотрел на библиотеку Батлера, стоящую напротив через сквер, поросший газоном, как зеленым ворсистым ковром. Смотрел и не видел, не чувствовал, как задувает сырым, еще почти зимним ветерком с недалекого отсюда Гудзона.

Он пытался вычислить, как его подвели к Саманте, и не мог. Спустя полчаса лихорадочных мысленных метаний он все же вспомнил, что пойти в ландромат его надоумил один из одногруппников — симпатяга Стив из Оклахомы. Более того, посмеявшись, Стив сказал, что в прачечных можно «fall in love»^[18]. Он как-то впроброс упомянул и о том, что тут есть такой ландромат поблизости… Эти слова запали Олегу в голову, и он, как запрограммированный, пошел именно туда. Остальное — дело техники.

Теперь он отчетливо понимал — его вели давно, с самого приезда. Олега иногда преследовало ощущение пристального внимания, слежки, но он относил это к той «накрутке», которую каждый раз устраивал ему резидент, предупреждая о казавшихся мифическими опасностях.

Неожиданно Крылова посетила мысль, промелькнувшая и засевшая в глубине сознания, беспокоя, как заноза. Он ведь не только чувствовал слежку, но и подспудно понимал все эти дни, недели, что Саманта питает к нему не только любовный (от мысли, что он неотразим, Олег отказываться не собирался), но и профессиональный интерес. Взволновало его и осознание того, что он, сам от себя скрывая, намеренно поддался, шагнул в ловушку — из любопытства, азарта. Посмотреть, а что же будет дальше. Не признаваясь себе, но желая перейти черту в силу авантюрности своего характера. Он мнил себя уже состоявшимся профессионалом, который справится и с этим. Что ему какие-то церэушники!