Книга Коко Шанель, страница 66 – Виктория Балашова

Французы на тот момент отставали от англичан. Последние и одевались иначе, и принимали у себя любовниц своих соотечественников, не очень обращая внимания на их происхождение. В самой Великобритании, возможно, они вели себя с большим снобизмом, а на французском курорте можно вести себя по-другому, тем более если подруга богатого Кейпела француженка, а не англичанка — какие тут могут быть нюансы происхождения? Первыми их стали принимать англичане. Лорды на отдыхе не так уж строго следовали принципам и на время забывали про свой консерватизм, в отличие от французов. Их мало заботило прошлое симпатичной женщины, в которую был влюблен Кейпел. Его влюбленности самой по себе было достаточно, чтобы их принимали вместе. Этого Габриэль не забывала никогда: она всегда демонстрировала любовь ко всему британскому, во всем видела превосходство Англии.

Не все шло идеально между Боем и Коко в Довиле, но Габриэль старалась не думать о его частых отлучках. В конце концов, у Кейпела был большой бизнес, и дел непочатый край. Зачем же все сваливать на многочисленных любовниц, которых он, по слухам, посещал во время отъезда? Габриэль спасала ее собственная дикая занятость: бутик становился все популярнее, заказы множились, а парижский магазин тоже требовал внимания. Кроме Адриенны на помощь вызвали Антуанетту. Вместе три женщины представляли собой на набережной Довиля великолепное зрелище: Адриенна с двумя маленькими собачками, сопровождаемая Габриэль и Антуанеттой в нарядах из новомодного бутика. Женщины шли туда, словно их притягивало магнитом. Скоро к одежде и шляпам прибавилась бижутерия. Коко всегда будет следовать взятому в самом начале карьеры принципу: долой бриллианты и прочие изыски аристократии. Ее украшения делались из вполне доступных материалов. Дорогие камни и меха женщину старят, считала она.

Личная жизнь пока не наладилась не только у Габриэль. Адриенну тоже еще не брали замуж — ее любимый барон прекрасно обеспечивал невесту, но рвать отношения с родней побаивался. Разница между тетей и племянницей, тем не менее, была огромной. Адриенна не стремилась к свободе и независимости. Она покорно ждала своей участи, довольствуясь положением вечной невесты, однако, заметим, весьма неплохо обеспеченной женихом. В наше время над таким положением дел только посмеялись бы, хотя и сейчас многие женщины стремятся получить статус официальной супруги — что уж говорить про начало прошлого века? Габриэль, несмотря на любовь к Бою, старалась вести независимый образ жизни. В начале ее проживания в Париже в их совместной квартире она предпочитала по старинке запираться дома и ждать любимого мужчину. Но со временем Габриэль обрела друзей, у нее появились свои интересы, а главное — работа, отнимавшая все больше усилий. Бутик позволил ей стать свободной не только психологически, но и материально. Зависимость от Кейпела, вкладывавшего средства в ее дело, оставалась, тем не менее деньги Габриэль исправно старалась ему отдавать.

Сезон 1913 года в Довиле удался. На следующий год, несмотря на надвигающуюся угрозу войны, на курорт приехало огромное количество отдыхающих. Виллы открыли после зимы, их заполнило огромное количество слуг, следивших за тем, чтобы сады, печи и гостиные находились в безупречном состоянии. И тут так не вовремя в Сараеве раздался револьверный выстрел Гаврило Принципа, докатившийся до Парижа, но не до Довиля. Как часто случается, люди не обращали внимания на то, что происходит где-то вдали и напрямую их не касается. В апреле 1914-го Габриэль приехала в Довиль, воодушевленная прошлогодним успехом. Во время зимнего сезона в Париже ее популярность увеличилась многократно: многие женщины после Довиля рекомендовали Шанель своим знакомым. Однако самым грандиозным прорывом стало привлечение в курортный бутик баронессы Беатрисы де Ротшильд — представительницы богатейшего великосветского семейства. До определенного момента баронесса заказывала наряды у Поля Пуаре, на протяжении нескольких лет не намереваясь изменять знаменитому кутюрье. Но характер у нее был непростой: она вела себя, как хотела, не особенно обращая внимания на реакцию окружающих.