Книга Коко Шанель, страница 143 – Виктория Балашова

Несмотря на успех, призрак, фактически преследовавший Габриэль всю жизнь, не исчезал. Напротив, он приближался вплотную, окутывая ее плотной дымкой, отдаляя от тех, кто был когда-то дорог, навсегда. У призрака было имя: «одиночество». Дорогая ее сердцу Адриенна ушла из жизни 22 ноября 1956 года. Последняя ниточка, связывавшая Коко с прошлым, оборвалась. Они редко общались в последние годы, но привязанность, которую они испытывали друг к другу с детства, не исчезла. Порой Габриэль жалела, что не сделала выбора в пользу семьи. «На самом деле, права ты, — говорила она своей внучатой племяннице, дочери Андре Паласса, — у тебя есть муж, дети, настоящая жизнь, а я одинока». Когда-то подобный выбор даже не стоял перед Адриенной. Она никогда не испытывала на эту тему колебаний, терпеливо дожидаясь заключения брака с любимым человеком. Габриэль это выводило из себя — Адриенна не желала помогать ей строить империю моды, постоянно делая выбор в пользу любимого мужчины. Но прошлые обиды потеряли всякий смысл: Адриенна ушла навсегда.

Пьер Реверди умер 17 июня 1960 года в Солемском аббатстве, где уже много лет жил в доме рядом с монастырем. Он строго наказал жене и монахам аббатства: никому не сообщать, не превращать всё в анекдот. Когда новость о его смерти дошла до Парижа, его уже похоронили. Жена и два монаха проводили его в последний путь. Вместе с его друзьями Габриэль узнала обо всем из газет. Когда о нем заходила речь, она говорила, что из всех молчаний тяжелее всего было перенести молчание Реверди. И она добавляла: «Кстати, он не умер. Вы знаете, поэты — не то что мы: они вовсе не умирают».

Одиночество окутало Габриэль, и единственной семьей, с которой она поддерживала контакты, была семья внучатой племянницы. Больше идти было некуда. Андре Паласс, заменивший ей сына (или все-таки им являвшийся на самом деле), женился второй раз, но Шанель с его новой супругой общаться не хотела. Постепенно все свои реликвии Габриэль начала дарить племяннице — оставшиеся из довоенного прошлого предметы мебели, документы, письма, драгоценности. Когда американские журналисты брали у нее интервью, они считали Габриэль веселой и забавной. Ее ответы их порой удивляли, но им нравились ехидство и колкость Мадмуазель. За кулисами оставались горечь потерь, отсутствие личной жизни — теперь существовала только работа. Конечно, успех придавал ей сил. На несколько лет их хватило.

В конце пятидесятых еще два события подтвердили тот факт, что триумфальное возвращение Шанель состоялось. В сентябре 1957 года в США ей вручили премию Неймана-Маркуса, считавшуюся своеобразным «Оскаром» в мире моды, и этот факт лишний раз подтвердил степень популярности Шанель в Америке. «Нейман-Маркус» — это сеть американских универмагов; штаб-квартира компании всегда располагалась в Далласе^[46]. Ее основали три человека: Герберт Маркус, его сестра Керри Маркус-Нейман и ее муж. Они скопили небольшой стартовый капитал и, отвергнув предложение молодой и быстро растущей компании «Кока-Кола», открыли собственный розничный магазин. Учредители богато его обставили, а товар Керри привезла из Нью-Йорка. В те годы такого Техас не видывал, и в первые же дни все было распродано подчистую. В 1927 году компания «Нейман-Маркус» впервые в США организовала еженедельный показ мод в универмаге. В последующие годы в связи с Великой депрессией компания начала продавать и более дешевый товар, что позволило избежать убытков. А за годы Второй мировой войны выручка в магазине выросла почти в два раза. В начале пятидесятых Герберт Маркус и его сестра умерли один за другим. Во главе компании встал Стэнли Маркус — сын Герберта.