Книга Ванга, страница 116 – Виктория Балашова

Ещё более забавная история произошла с портретом индийского Учителя Махатмы Мория, с которым много общался Рерих (сама фигура Учителя является весьма спорной, но обсуждать здесь, быль ли он или небыль, не будем). В качестве своеобразного эксперимента Валентин и Людмила решили показать портрет индуса Ванге: неважно, что она не видит. «То, что она незрячая, в данном случае не имело значения. Мы не раз имели возможность наблюдать, как фотография служила для неё точкой опоры. Она возлагала руки на изображение человека и как бы вступала в контакт с его мыслями. В результате давала точное описание не только внешних примет человека, но и его биографии, особенностей его характера и т. п.». Кого же «увидела» Ванга на портрете?

— Почему-то передо мною встаёт Сибирь. Он русский, он был в России? — вопрошала взволнованно Ванга. — Он — покровитель Москвы, вернее, он — покровитель России. Я его видела и раньше, только не знала, кто он.

Ванга даже близко не угадала, кто перед ней на изображении — так как Валентин Сидоров, с которым она к тому моменту уже несколько раз встречалась, был из России, то и портрет она «приписала» русскому человеку. Совершив ошибку, она начала выкручиваться, пытаясь громоздить нелепицу на нелепице: «Но вот что в высшей степени было любопытным. Ванга, держа в руках фотографию Махатмы Мория, почему-то спросила:

— Это портрет святого Сергия?

— Нет, — отвечал я.

Ванга в задумчивости продолжала:

— Да, на снимке не святой Сергий. Однако вижу два лица, два тела, а душа одна». Дальше — больше: «Этот дух всегда был покровителем России. По её словам, он импульсировал и вдохновлял самых выдающихся государственных руководителей России, в частности Петра Великого и Ленина. Кстати, по той же рериховской концепции дух Петра I потом воплотился в Ленине, так что две эти исторические личности являют собой единую сущность. Вот почему наименование города на Неве (Петербург, Ленинград) не имеет принципиального значения. И в том, и в другом случае оно восходит к одной и той же сущности, дважды призванной преобразить Россию».

Конечно, следовало потрафить властям: Ленин — воплощение Петра, оба — воплощение святого Сергия, а тот — единая сущность с изображённым на портрете Махатмой Мория. Современные жители Питера вряд ли согласятся с такой трактовкой. Как известно, переименование города не было таким уж неважным, «не принципиальным» не только для питерцев, но и для многих других людей в России. Но в годы советской власти следовало «ясно видеть» общее направление политики, главные тенденции, линию партии. Приходилось подстраивать теорию Учения под жизненные реалии.

В те же годы всплыли в речах Ванги и космонавты. «Особое отношение было у бабы Ванги к нашим космонавтам, — продолжает вспоминать Сидоров. — Она утверждала, что они выполняют миссию исключительной важности. Ракеты, пилотируемые ими, очищают пространство над Россией и освящают его. Юрия Гагарина баба Ванга считала святым. “После того, как он принял огненную смерть, он стал посвящённым, — говорила она. — Он находится сейчас в своём небесном теле. Его душа жива и как звезда светится над Россией”». По поводу гибели первого космонавта Ванга была уверена: его забрали инопланетяне. Здесь опять-таки доказательств нет, и пока те самые инопланетяне сами к нам не придут и не сознаются в содеянном, не будет.