Книга Фатальное прикосновение, страница 66 – Виктория Балашова

— Сначала я познакомился с князем… Эх, закусочки бы! — Бобрыкин хлопнул себя по колену и огляделся. На тарелках лежали остатки еды, которую приносили с собой предыдущие собеседники следователя. Севастьян Андреевич довольствовался оливкой и продолжил: — Когда ж это было? Погодите… Четыре года назад. Нас представили друг другу и попросили принять князя по деловому вопросу. С сожалением могу сказать, что я не рад тому знакомству.

— Отчего-с? — Курекин понимал, что они приближаются к интересующему его моменту.

— Не думаю, что это имеет какое-то отношение к несчастной княгине, но расскажу, извольте. Как вы знаете, князь из старинной грузинской семьи. Однако аристократический род далеко не всегда означает наличие денег. Вот я родом из купцов. Что бы ни происходило, у нас всегда были гроши за пазухой. Мой отец, мой дед и прадед торговали в Новгороде. Там у нас усадьба, где по сей день живет мой старший брат. Он унаследовал дом и дело отца.

Курекин тоже взял оливку, приготовившись терпеливо слушать историю Бобрыкинского рода. Но он довольно быстро вернулся обратно к более насущному вопросу:

— Я же пошел по другой стезе. Вложил деньги в открытие банка, считая дело перспективным. И не прогадал, Пётр Васильевич, не прогадал! Так вот, у князя всё вышло самым противоположным образом. Деньги в семье таяли, как тот снег по весне. Приложил к тому руку отец Килиани, проматывавший состояние на скачках и карточных играх. Более того, лет с пятьдесят примерно назад мать князя, его тетку и брата похитили. Имущество разграбили. А все почему? Потому что задолжал отец сильно какому-то могущественному горцу. Тот, не дождавшись денег, решился на такой скверный шаг. Дабы вернуть похищенных, пришлось отдать последнюю рубаху. Откуда я знаю подробности? Князь пришел ко мне за займом. Я всегда своих людишек прошу в таких случаях разузнать всё досконально. Вот мне докладец и подготовили. Честно скажу, в ситуации сродни князевой я в займе отказываю. К тому моменту в семье осталось два фамильных дома — один в Тифлисе, второй в Кахетии. Сам князь, по случаю женитьбы, на приданное купил дом в Москве. Насколько я понимаю, княгиня очень хотела переехать из родных мест. Здесь дом держали на широкую ногу, но, как я выяснил, пускали лишь пыль в глаза. Да, приемы устраивали пышные, а вот сами жили весьма скромно. Большая часть прислуги была приходящей. Питались без излишеств; наряды княгиня заказывала только по случаю приемов.

— И всё-таки заем дали? — прищурившись спросил следователь.

— Дал. В чем раскаиваюсь, но и на старуху бывает проруха, как говорят в народе. — Бобрыкин плеснул коньяку и сделал большой глоток. — Запудрил мне князь мозги! Что, доложу вам, непросто! И чем запудрил? Вином! На остатки средств он докупил землю рядом с домом, что в Кахетии. Село там есть… Как, бишь, называется… Бумаги-то у меня на него имеются… Ага, Цинандали. Такое название. Надумал наш князь там вино делать на европейский манер. Денег у меня просил на построение и оборудование завода.

— И что-с? — Курекин аж заслушался.

— Дал я ему заем, каюсь. Было предчувствие, что с винами дело пойдет хорошо. Довольно быстро построили завод. Наняли управляющего из самой Франции. Первые бутылки белого вина князь презентовал мне с гордостью. Но расходы росли, а он едва выплачивал проценты по займу и то постоянно сроки нарушал.