Книга Тайна сердца, страница 144 – Арина Теплова

— Я помню о том! — воскликнул Михайлов и с угрозой добавил: — Но двадцать первого числа я могу приехать со сватами?

Теплов напрягся всем телом, но лицо его осталось бесстрастным. Он выпрямился и в упор, глядя через биллиардный стол на Ивана, властно заметил:

— Не думаю, что сейчас вообще не время для твоего сватовства, Иван Федорович. Ты не обижайся. Но у меня теперь одна свадьба на носу, вторую мне не потянуть пока.

— Ты имеешь в виду приданое? — с вызовом прогрохотал Иван. — Да не надобно мне оно! Я Дарью Сергеевну так возьму, без всего, только перестань мучить меня Христа ради! — уже с надрывом в голосе произнес подпоручик.

Не в силах смотреть на лицо прежнего друга, Теплов ощутил на миг раскаяние от своих бьющих слов. Но тут же его существо наполнилось жгучим желанием немедленно прогнать Ивана из своего дома и более никогда не пускать его.

— Я сказал нет, — заявил твердо Илья и, все же решив смягчить удар, добавил: — Пока. Давай через полгодика-год снова все обсудим.

До боли в костяшках пальцев Михайлов сжал кий, диким взором смотря на Теплова. Илья как ни в чем не бывало наклонился к шару, и Иван, не выдержав, вспылил:

— Отчего Лизавета Григорьевна может теперь выходить замуж за Дмитрия, а должен ждать так долго?!

Илья, более не в силах сдерживать железной волей свое такое же нервное состояние, промазал по шару и, тут же выпрямившись, вперил в Ивана угрожающий взор.

— Лизе двадцать вот-вот стукнет. Ей давно замуж пора, — начал Теплов грозно, испепеляя взглядом Михайлова, как и он его. — А Дашеньке еще и восемнадцати нет. Рано ей еще на мужиков смотреть. И прекрати эти разговоры, Иван Федорович. Если не хочешь, чтобы мы сделались врагами, то более до лета даже не заикайся о том!

Михайлов пару раз глубоко выдохнул, видимо, пытаясь держать себя в руках.

— Вы будете играть, господа? — произнес, не выдержав Бибиков, устав ждать, пока молодые люди начнут свой ход.

— Так и быть. Я подожду, как говоришь, — сквозь зубы процедил Иван. — Только прошу тебя, Илья Григорьевич, хотя бы не запрещай мне видеться с Дарьей Сергеевной. И завтра она так хотела поехать в Петергоф. Мы уж условились. Она так обрадовалась.

— Обрадовалась, говоришь? — так тихо пролепетал Теплов, что подпоручик лишь по губам догадался, что тот сказал. Немедля опустив глаза, Илья нервно затеребил кий в руках и, смотря куда-то в сторону, заявил: — Думаю, до весны Дарья никуда выезжать не будет, только если с матушкой в церковь или к родственникам. А с вами, Иван Федорович, я считаю, ей нет смысла видеться. Вы же ей не родственник, не жених. Зачем кривотолки вызывать? Так что завтра она не поедет, а вот летом подумаем…

— Знаешь, Теплов, ты изменился! — перебил его уже зло Михайлов. И глухо, траурно выдохнул: — Никогда не думал, что ты можешь таким жестоким быть! Что в тебе совсем пропадет сострадание к ближним! А ведь там, в Перекопе, ты меня раненого на себе тащил почти три версты…

Не в силах более выносить все это, Иван, бросил кий в сторону и выпалил, обращаясь к Бибикову:

— Я ухожу. Ты со мной, Дмитрий Гаврилович?

Михайлов уже приблизился к двери, когда Бибиков что-то проворчал и тоже положил кий в специальную вазу. Обернувшись к Теплову, Дмитрий печально улыбнулся и произнес:

— Мы, наверное, пойдем, Илья. И так у тебя в доме загостились.