Книга Любовь и замки. Книги 1-2, страница 338 – Жюльетта Бенцони

Очарованная своим новым домом, молодая маркиза полагала, что будет счастлива с Анри, которого она полюбила еще в Париже и который тоже будет ее любить.

Но все было по-другому. Анри был разочарован. Он надеялся получить приданое, обещанное аббатом де Куланжем, но аббат, ссылаясь на то, что она еще не достигла совершеннолетия, не передал Мари состояния ее родителей. Доходы Севинье были скудными, и ему пришлось жить в деревне, погибая от скуки.

Его молодая супруга скучна ему, и когда она к тому же родила ему дочь, он не скрывал своего разочарования:

— Мне нужен наследник. Что, по-вашему, я должен делать с дочерью?

Мари сдерживала слезы, прижав к себе ребенка, которому она отдаст всю свою нерастраченную нежность. Девочка была очаровательной и делала ей честь своей красотой.

Но Анри не мог уже оставаться дома. К тому времени его жена достигла совершеннолетия, и он получил, наконец, ее состояние. С трудом подняв ее с подушек, Мари поместили в карету вместе с дочерью, и, нагруженные всяким скарбом, они отправились в Париж. Наконец Анри сможет вдохнуть воздух столицы, встретить своих товарищей, галантных дам, вновь почувствовать вкус дуэли. Он доволен, но Мари со слезами на глазах следит за удаляющимся Рошери, в котором она потихоньку устроила все на свой вкус и где она узнала свое счастье.

Тем не менее она смогла найти радость в одном из прекраснейших домов на улице Лион-Сен-Роль, обрести друзей и встретить своих родных, особенно дорогого дядю Куланжа, которого она звала «добрым дядей». У неё появились друзья, и вскоре изысканный круг людей образовался вокруг этой красивой и образованной женщины, немного жеманной, но без сомнения наделенной живым умом; беседа с ней доставляла истинное наслаждение.

В этом круге вряд ли было место для Анри, но большую часть времени он и не вспоминает о том, что он женат. Он распространяет слух, что у его жены темперамент айсберга и продолжает растрачивать ее состояние. Рождение желанного сына в 1648 году не остановило его безумств.

Когда до Мари дошел слух о том, что ее супруг увлекся Нинон де Ланкло, она серьезно обеспокоилась: аппетиты Нинон были настолько велики, что могли поглотить любое состояние. Анри был способен ради нее бросить жену и детей. На этот раз Мари вмешалась.

— Обманывайте меня, если это Вам нравится, месье, уже давно я знаю о Ваших чувствах ко мне, но не бросайте детей ради какой-то потаскушки!

Рассерженный Севинье пожаловался кузену Мари, известному Роже де Рабютэну, которого она любила ранее и который любил бы ее и сейчас, если бы только она ему это позволила. Рабютэн выставил Севинье за дверь, после чего написал Мари пламенное письмо:

«Если Богу угодно, чтобы он (Севинье) бросил Вас, любите меня, дорогая кузина, и я помогу Вам отомстить ему, любя Вас всю мою жизнь».

К несчастью, по ошибке глупого слуги, письмо попало как раз в руки мужа, который немедленно примчался к Рабютэну, чтобы вызвать его на дуэль. Но последний не принял вызова, хотя ему не составило бы труда оставить Мари молодой вдовой, и он поступил так только потому, что ему не хотелось причинять ей боль и видеть ее слезы. Он отнесся к Севинье как к несносному мальчишке и пренебрег им. Севинье был настолько рассержен, что решил, что воздух Парижа не подходит его жене, и на следующий день он отправил жену и детей в Рошери, поселил их там и запретил им приезжать в Париж без его разрешения. Больше он их не увидит никогда.