Онлайн книга «Кречет. Книга 1-4»
|
— Он прирожденный солдат, — заметил генерал. — Жаль, что он так плохо понимает дисциплину, совсем не умеет сдерживаться, не владеет искусством молчания и ведет себя подобно средневековому барону! — Ведь он по крови одновременно принадлежит к Биронам и Лозенам, этим все сказано! — ответил ему шевалье, пожав плечами. — В крови этих людей пылает бунт. Бунт и неумение быть ловким… поскольку вы не можете не признать, что он оказал вам услугу, предоставив возможность поставить его на место и удалить отсюда. Ведь вы были не слишком довольны его присутствием при этом первом… и столь важном разговоре? Рошамбо рассмеялся. — Судя по столь своевременно и ловко оказанной мне помощи, это можно сказать и о вас, мой дорогой! Признайтесь же, что вы его весьма не любите… — Герцог де Лозен меня ненавидит, презирает и полагает, что я трус, совершенно не представляя себе при этом причин и побуждений моих поступков. С чего же мне любить его! Однако вернемся к нашему разговору, господин де Лафайет. Вам не стоит вникать в наши… семейные дела! Посланник Вашингтона, все это время следивший за вышеописанной сценой с удивлением и не без некоторого удовольствия, поскольку любил Лозена не более своих собеседников, позволил себе улыбнуться. — За те несколько раз, что я имел честь быть приглашенным в кружок Ее Величества, я узнал множество вещей, — сказал Лафайет, даже не пытаясь скрыть легкой грусти в своих словах. — Я узнал, что господин де Лозен весьма охотно употребляет повелительный тон, каковы бы ни были обстоятельства и персоны, при этом присутствующие. Теперь вы можете мне сказать, господа, что вы желаете, чтобы я передал генералу Вашингтону? Намереваетесь ли вы следовать маршем на Нью-Йорк? — Нет, тысячу раз нет! Не сейчас, а лишь после получения официального приказа от генерала. Черт возьми, сударь, я вовсе не скрываю от вас, что я весьма разочарован… Я ждал самого Вашингтона, а он присылает вас, без единого слова, написанного им лично, и безо всякого эскорта. — Но он ведет свои войска на Нью-Йорк и не может наносить сейчас визиты… Спокойствие Рошамбо, казалось, разлетелось на куски. Его кулак обрушился на стол, за которым сидел Жиль, очинивавший перо, чтобы казаться хоть чем-то занятым, и не упускавший, однако, ни одного слова из разговора. — Можно подумать, маркиз, что мы с вами говорим на разных языках! Правда, вы сейчас больше американец, чем француз… Я прибыл сюда, доставив все то, в чем нуждается ваш генерал, я повторяю — все! Я получил предписание занять позиции на этом острове. Я имел право думать, что меня будут ожидать, однако я не только не застал здесь никого из тех, на чье присутствие надеялся, но еще и потратил две недели в бесплодном ожидании чьего-либо визита! Теперь прибываете вы, но в одиночестве, и, с вашего позволения, мне кажется, что вы представляете сейчас лишь себя самого. Вы привезли мне приказы, да или нет?! — Я генерал-майор армии Соединенных Штатов! — взвизгнул Лафайет, голос которого стал вдвое тоньше обычного. — Генерал Вашингтон мне абсолютно доверяет, я представляю его и… — Тогда покажите мне его официальные приказы, оформленные надлежащим образом! Есть они у вас? — H-н…ет! Но… — Никаких «но» не может быть, когда речь идет о войне, сударь. Я не только не двинусь ни на шаг, пока не получу на то приказа, поскольку считаю, что мне была поручена оборона данного района, но я желаю еще, чтобы генерал Вашингтон как можно скорее прислал мне достаточное количество людей, в которых он был бы совершенно уверен! |