Книга Констанция. Книги 1-6, страница 112 – Жюльетта Бенцони

Только не читай мне нравоучений, — взмолился Филипп, садясь на землю, — я не выношу их, они хуже зубной боли.

Учить тебя уже поздно, ты все равно не сможешь выбросить из своей головы Констанцию, даже после всего того, что сотворили с тобой Реньяры. Я удивляюсь только одному — как они отпустили тебя живым.

Филипп проскрежетал зубами, это была как соль на раны.

— Он ответит мне за все!

— Ну вот, — вздохнул Марсель Бланше, — еще не хватало, чтобы ты укокошил ее кузена, и тогда люди Реньяров обязательно сожгут дом твоей матери, а меня и тебя повесят на дереве.

Лишь только сейчас Филипп осознал, какой опасности подвергает свою семью, претендуя на руку Констанции Реньяр. Ведь это в самом деле было чудом, что до сих пор никто из врагов не наведал его дом. Он, Филипп Абинье, преспокойно уезжал, оставляя двух безоружных женщин.

Но тут же Филипп вздохнул с облегчением: рядом с ним находился его дядя Марсель Бланше. Они все-таки вдвоем, и Реньярам не так-то легко будет овладеть ими.

— Ну что, ты уже можешь стоять? — поинтересовался Марсель.

Филипп поднялся на ноги и тут же чуть было не рухнул.

— Держись, — Марсель подставил ему руку, и юноша устоял.

Дядя подвел Филиппа к лошади и помог сесть в седло.

— Ну что ж, до дома ты можешь ехать как угодно, но лишь Этель завидит тебя, держись молодцом.

Уже издали Филипп в темноте различил окна своего дома. Мать и сестра не спали, два окна светились слабым светом.»Это отблески очага, — догадался Филипп, — они не смыкали глаз все время, пока меня не было. Молодец, Марсель, без

Него я не знаю, сумел бы добраться до дому или нет».

Хлопнула дверь, и на крыльцо выбежала Этель. Она вглядывалась в темноту и звала:

— Филипп! Филипп!

— Я здесь, мама! — воскликнул юноша и дернул поводья.

Он летел навстречу женщине так, словно за ним гналась целая банда.

— Филипп, мальчик мой! — воскликнула мадам Абинье, обнимая сына.

Тот хоть и почувствовал от ее нежных объятий пронзительную боль, но сдержался, лишь ласково произнес:

— Извини, мама, я заставил тебя волноваться.

— О чем ты говоришь? Идем скорее в дом! Мадам Абинье понимая, что сын не хочет казаться в ее глазах слабым, тут же передала его в руки Лилиан. Та помогла брату добраться до постели. Тут-то Филипп уже не сдерживал себя. Он скрежетал зубами, стонал. Только сейчас он ощутил боль, которую должен был почувствовать, находясь на земле Реньяров.

— Ты должен уснуть, — посоветовала Лилиан.

— Легко сказать, — горько усмехнулся Филипп.

— Очень больно?

— Но все кости целы, — не очень-то радостно добавил Филипп.

— Я знаю, что тебе нужно, брат, — засуетилась Лилиан, — сейчас, подожди, — и она опрометью бросилась вниз. Вскоре девушка вернулась с чашкой горячего вина, пахнущего специями.Филипп жадно выпил напиток и тут же по его телу разлилась

Блаженная истома.

— Ты прямо колдунья, Лилиан, — похвалил он сестру, закрывая глаза.

— Если тебе еще что-нибудь нужно…

— Извини меня, сестренка, ведь я не подумал ни о тебе, ни о матери.

— Да брось ты, главное, ты жив и мы все вместе.

— Этого мало для счастья, — вздохнул Филипп.

— А ты знаешь, я только сегодня поняла, что счастлива. Я не хочу

Другой жизни. Когда мы все вместе, втроем, мы можем порадовать друг друга, например, как я сегодня. И это тоже счастье, — убежденно сказала Лилиан. — Ведь вспомни, в притче отец радовался возвращению блудного сына.