Книга Женщины средиземноморского экспресса. Книги 1-3, страница 281 – Жюльетта Бенцони

— А как должен выглядеть, по-вашему, первоклассный вор? – с улыбкой осведомился комиссар.

Немного поразмыслив, Александра признала себя побежденной.

— По правде говоря, понятия не имею! Я их видела только на сцене.

— Поэтому я и прошу вас с максимальной тщательностью описать мне людей, ехавших бок о бок с вами.

Она добросовестно выполнила это требование, стараясь, как маленькая девочка, которой поручили сложное задание. Обладая превосходной памятью, она никогда не забывала один раз увиденное лицо. Ланжевен внимательно слушал, делая пометки в блокноте.

— Вы надеетесь извлечь из моего рассказа что-то полезное? – спросила она иссякнув.

— О, да! Все это очень познавательно. Кажется, я уже могу утверждать, что кража произошла до Лиона. Потом у вас в купе было слишком много народу, если только не предположить, что вы угодили в лапы организованной банды…

— Перед Лионом? Не хотите ли вы сказать, что злодей – тот самый галантный и милый господин в картузе с ушами?

— Именно! Он назвался Муано?

— Действительно…

— Что ж, попробуем его разыскать. Данное вами описание разбудило кое-какие старые воспоминания… Я вам очень благодарен. Вы свободны. Ваши муки позади.

— Вы вели себя так, что я и не заметила, что меня мучили. Скорее это я должна вас благодарить.

Обед получился веселым. Александра настояла, чтобы все познакомились со статейкой Жана Лоррена, которая вызвала дружное возмущение. Один лишь Риво отнесся к этому серьезно.

— Этот тип сказал вам, что едет в Ниццу?

— Да. Не знаю, надолго ли. У его матери свой дом на авеню Императрицы. – Великолепно! Сегодня же нанесу ему визит.

— Никола! – вскричала мисс Форбс, которая заливалась краской всякий раз, когда ей приходилось называть жениха по имени. – Не опасно ли это?

— Опасно? – возразила мадемуазель Матильда. – Побои грозят не моему брату, а совсем другому человеку.

Картина, представшая благодаря ее реплике перед мысленным взором обедающих, развеселила всех без исключения. Все с энтузиазмом выпили за счастье будущих супругов, за арест грабителя и за наказание обладателя ядовитого пера.

Не зная, чем заняться в ожидании поезда, которым он должен был возвратиться в Париж, комиссар Ланжевен решил сопроводить друга в его карательной экспедиции. Обе американки вернулись в отель. Тетушке Эмити не терпелось письменно уведомить свое семейство о предстоящей свадьбе.

— Интересно, как они прореагируют? – веселилась Александра. – Вы не опасаетесь, что дядя Стекли опять явится в сопровождении полицейского, чтобы вырвать вас из лап соблазнителя?

— По-моему, Александра, этот намек на достойное сожаления прошлое свидетельствует о дурном вкусе, – буркнула тетя Эмити. – На сей раз мне как будто нечего бояться, и я не сомневаюсь, что твоя мать будет в восторге. Что касается старшего из твоих дядьев, Роберта, то я заранее знаю, что он скажет: «Я всегда говорил, что Эмити не в своем уме, поэтому можно только радоваться, что нашелся отважный человек, который возьмет ее на свое попечение. Да благословит его Бог!»

Александра от души посмеялась, а потом сказала, что тоже напишет в Филадельфию, чтобы сообщить родне, что за славный человек Никола Риво. Ведь он был так любезен, что занялся отстаиванием интересов будущей племянницы! К тому же она надеялась, что супружеская пара – бракосочетание должно была состояться в Париже спустя три недели – составит ей компанию, когда она в начале августа отправится назад в США.