Онлайн книга «Волки Лозарга. Книги 1-3»
|
Гортензия долго писала в желтом свете большой масляной лампы, и было уже совсем поздно, когда она перечитала четыре странички, заполненные крупным четким почерком: так писать ее учили еще в монастыре. Усталость уже давала о себе знать. Довольная, Гортензия сложила листки, достала из сумки зеленую палочку сургуча, растопила ее в пламени лампы и запечатала письмо в трех местах, а сверху поставила еще и оттиск со своего перстня с выгравированным гербом Лозарга – подаренного ей при помолвке. Только после этого она легла, задула лампу и сразу же уснула. Поднялась графиня спозаранку, сходила в собор к заутрене и отправилась на улицу Дюбрей к мэтру Мерлену, нотариусу, который в прошлом году оформлял ее брачный контракт. Пробыла она у него довольно долго. Когда Гортензия вышла на площадь Арм, там уже давно начался базар. Она прошлась вдоль клеток с птицей, сложенных горками круглых сыров, корзин с овощами: капустой, морковью, луком-пореем. Как раз наступила пора грибов, повсюду были разложены крупные боровики с золотисто-коричневыми шляпками, и над площадью витали ароматы плодоносящих полей. Под крахмальными чепцами сияли здоровьем загорелые цветущие лица крестьянок, мужчины же, в широченных блузах и широкополых черных, а кое у кого и позеленевших от старости крестьянских шляпах, то тут, то там сходились поболтать, и тогда над их головами вился дымок трубок. Но напрасно Гортензия искала в толпе богатырские плечи и подвыпившую физиономию папаши Шапиу – его нигде не было видно. Решив, что он, наверное, еще не приехал, она пошла назад, к собору, собираясь подождать там. Хотя сдержанные овернцы старались и виду не подать, как охота им поглазеть на эту модно одетую приезжую даму, все же лучше стоять подальше от любопытных глаз. Но тут ее кто-то окликнул: — Мадам! Госпожа Гортензия! Она обернулась с улыбкой, узнав этот голос. Франсуа Деве уже бежал ей навстречу. Ну просто дар небесный – сразу же по приезде встретить их с Жаном единственного друга! Некогда Франсуа с ее матерью Викторией де Лозарг любили друг друга. В этой любви не было надежды, но чистое светлое чувство сохранилось в их сердцах на долгие годы. А сейчас глаза комберского фермера светились радостью. Подбегая, он сорвал с головы шляпу, и ветер с равнины тут же взлохматил его черные волосы, чуть посеребренные у висков сединой. — Неужели это вы? – закричал он. – Ах, какая радость! Сам господь бог послал вас, милая… то есть, я хочу сказать, госпожа графиня! — Забудьте о графине, Франсуа, мы же с вами друзья. Я тоже рада вас видеть. Нам с вами столько нужно друг другу рассказать! А надолго вы на базар? — Да нет, только вот куплю масло для ламп, свечи и курам зерно, и обратно! — Тогда, может, подвезете меня? А то я дожидалась Шапиу, потому и пришла на базар. — Шапиу? Неужели вы хотите ехать в Лозарг? — Да, да, Франсуа, я еду в Лозарг. Маркиз отнял у меня сына, и я хочу забрать его обратно. Прямой и открытый взгляд фермера мигом омрачился. — Не делайте этого, госпожа Гортензия! Вам будет худо! Надо ехать в Комбер. В Комбере вы нужны, там вас ждут. Разве вы не получили мое письмо? Ах, да, конечно, оно ведь еще не дошло… — Вы мне писали? — Да… Так велела госпожа Дофина. Она вас зовет. Она… она очень плоха. А мальчику у деда ничто не угрожает. Он может и подождать… но вот она… |