Книга Флорентийка. Книги 1-4, страница 672 – Жюльетта Бенцони

Лука извинился и снова повернулся лицом к Филиппу, но тот неожиданно отбросил шпагу и кулаком свалил соперника на землю, придавил коленом и, выхватив кинжал, уже хотел перерезать тому горло.

— Я тебя предупреждал, что итальянец ничего не стоит по сравнению с бургундским рыцарем, — насмешливо сказал он. — Молись!

— Сжалься, будь милосерден! Да, я солгал, чтобы король поверил, будто ты и Фьора составили против него заговор. Но;..

— Если у тебя есть еще что сказать, поторопись, потому что я не могу больше терпеть!

— Ребенок действительно существует, но его отец — Лоренцо Великолепный! Смилуйся!

Филипп уже поднял кинжал, но тут раздался крик короля:

— Стой!

Не отпуская поверженного врага, Филипп повернулся в сторону трибуны:

— Поединок должен закончиться смертью одного из противников, сир, я вам это напоминаю. Жизнь этого человека принадлежит мне!

— Тогда отдайте ее нам! Он — негодяй, и господь все верно рассудил; но он все-таки посол, который находится слишком близко к дому Медичи! Мы не хотим слишком обижать сеньора Медичи, который пользуется нашим расположением.

Селонже поднялся, но не убрал кинжал в ножны, а продолжал смотреть на поверженного врага.

— Воля короля для меня закон! Но могу я спросить, что вы намерены с ним делать?

— Он вернется во Флоренцию под конвоем и с сопроводительным письмом, в котором будет сказано обо всем, что здесь случилось, — сказал Людовик. — Надеюсь, сеньор Лоренцо сам решит, как с ним поступить. Стража! Отведите его в комнату, и пусть он останется там под охраной до самого отъезда!

А в это время, видя, что его услуги больше не понадобятся, палач поклонился Фьоре и направился к башне Справедливости.

Фьора больше всего на свете хотела броситься к Филиппу, но без позволения короля не смела сдвинуться с места. Филипп подошел к королевской трибуне, но не опустился на колени, как этого требовал обычай:

— Жизнь и честь донны Фьоры спасены, чего и хотел бог, сир. А я становлюсь пленником вашего величества.

— Это как раз то, чего нам хотелось бы, но, прежде чем мы вынесем окончательное решение, ответьте на один вопрос. Если мы теперь дадим вам свободу, что вы с ней сделаете?

— Я возвращусь туда, откуда пришел, сир! — твердо сказал Филипп.

— 01 Вздох Фьоры был слишком слабым, но король все-таки его услышал и жестом приказал ей молчать.

— Вы хотите сказать, что вернетесь в монастырь? — уточнил он.

— Да, сир. Я не хочу больше служить никакому хозяину, кроме бога. И пусть король меня простит.

— Мы не можем вас упрекать за такое высокое устремление, но ваша свобода все еще находится под вопросом. Итак, мы предлагаем вам выбор: либо вы уезжаете с вашей супругой и сыном в свои бургундские земли, которые за вами сохранены, и живете там, либо вы проведете несколько невеселых лет в нашем замке Лош, в одной из его темниц! Подойдите сюда, донна Фьора!

Молодая женщина подошла к своему супругу, на которого не осмеливалась взглянуть.

— Сир! — произнесла она и подняла на короля свои полные слез глаза. — Я умоляю ваше величество не ставить мессира де Селонже перед таким трудным для него выбором. Разрешите ему вернуться в монастырь, если он этого желает.

— А что будет с вами, мадам?

— Все, что будет угодно королю, — тихо сказала Фьора. — Я подчиняюсь вашей воле. Я страшно устала…