Книга Флорентийка. Книги 1-4, страница 345 – Жюльетта Бенцони

— Фьора! Ты не понимаешь! Моя любовь к тебе останется такой же глубокой и верной. Ты ведь знаешь, что для меня существуешь только ты одна…

— После принцессы Марии?

— Конечно, нет, но в память о ее отце мы должны сделать все, чтобы избавить ее от подстерегающих опасностей! Я уеду не завтра. Но через несколько дней мы отправимся в Селонже, и ты останешься там полной хозяйкой! И возможно, что я буду отсутствовать недолго.

Я вернусь…

— К рождению ребенка? Нет, я не согласна! Увези меня с собой!

— Это невозможно! Разве тебе не надоела война?

— Она мне больше чем надоела, потому что я узнала, что после нее остается гораздо больше вдов, чем героев! Итак, или ты остаешься здесь со мной, или я уезжаю! — пригрозила Фьора.

Филипп подошел к жене и попытался ее обнять, но Фьора отстранилась.

— Глупенькая, куда ты пойдешь?

— К себе! Агноло Нарди, который управляет французским отделением банка Бельтрами, собирался купить для меня дом. Даже еще лучше, король Людовик подарил мне замок рядом с Плесси-ле-Туром. Туда я и поеду, Филипп, туда ты и приедешь за мной, когда окончательно решишь остаться моим мужем, а не каким-то неуловимым ветерком…

— Фьора! Я не могу принять твои условия! Я — бургундец, и мне нечего делать во Франции! Я никогда туда не поеду!

— Даже из-за меня?

— Да.

— Тогда прощай, потому что это было единственным доказательством твоей любви ко мне, которого я ждала!

У него побелели даже губы, но в глазах стоял гнев:

— Ты не имеешь права это делать! Ты — моя жена и должна быть послушна!

Фьора довольно долго смотрела на него, борясь с желанием закончить этот спор, забыться в его объятиях и продолжить прерванную любовную игру, но он, к несчастью, произнес то слово, которое не должен был произносить: быть послушной!

— Мой отец, у которого на меня были все права, никогда не требовал от меня послушания. Если от твоей жены требуется только это, нам лучше расстаться. Брак можно аннулировать, не знаю, как, но я дойду до самого Рима и разорву этот союз, если только ты не приедешь за мной!

Сорвав с постели одеяло, Фьора завернулась в него, чтобы прикрыть свою наготу, и бросилась вон из комнаты, стараясь изо всех сил подавить подступающие к горлу рыдания.

Филипп де Селонже ждал смерти. Но не так, как ждут врага — слишком часто встречался он с ней во время осад и сражений, чтобы теперь считать ее своим противником. В его ожидании не было страха, как если бы она была ниспосланным ему свыше прощением. Нет, она была для него скорее назойливой гостьей, которая появляется в тот момент, когда меньше всего желаешь ее присутствия.

Смерть могла бы застать его врасплох, попади он в засаду или при неожиданном нападении неприятеля, во время нескончаемой осады Несса или на равнине Грансон, откуда он, тяжело раненный, спасся лишь благодаря счастливой случайности. Оставленный бургундской армией, в то время как его товарищи убегали от швейцарцев, совсем без сил, он напоминал морскую звезду, выброшенную на берег приливом.

Его кончина была бы вполне естественной, даже логичной, как возмездие за ту странную сделку, которую он совершил во Флоренции январским днем 1475 года с одним из самых богатых людей города, Франческо Бельтрами. Получив руку и сердце очаровательной Фьоры, его приемной дочери, и в придачу роскошное приданое, Филипп поклялся не притязать более чем на одну брачную ночь, после чего он должен был исчезнуть и никогда больше не возвращаться.