Книга Кристиан, страница 98 – Елена Тюрина

В следующую ночь в особняке были гости – многочисленные друзья графа и графини де Вард, – и молодым супругам было бы неуважительно уйти посреди вечера. Да Ихара и не стремился к этому, насколько смогла понять баронесса. Он вообще в эти дни редко попадался ей на глаза, и хотя улыбался и беспечно чмокал в щеку, никаких других действий не выказывал. Поэтому прождав его следующим вечером до полуночи, Мана решительно накинула пеньюар и направилась к комнате супруга. Однако ее ждало разочарование – там никого не оказалось. Теперь девушка была уверена, что знает, где он проводит ночи! Готовая увидеть любовников в объятиях друг друга, юная княжна Иоири со всех ног бросилась к апартаментам тетки. Но выяснилось, что и Шинджу в спальне нет. Лишь из приоткрытой двери расположенного поблизости кабинета графа де Варда лился свет. Быть может, они используют кабинет для свиданий – решила девушка. Когда она распахнула двери, тяжело дыша и сверкая очами, на нее уставилось несколько пар изумленных глаз. За столом, держа в руке бокал с вином, сидел сам граф де Вард, напротив, закинув ногу на ногу, разместился брат графини кардинал. За его спиной, облокотившись на спинку кресла, стоял Кристиан де Брионе. В другом кресле, обмахиваясь веером, сидела Шинджу. Вид растерянной, взъерошенной Маны, одетой в почти прозрачную рубашку и пеньюар, заставил всех удивленно замолчать.

— Гм… – первым опомнился граф. – Сударыня… Извините, что крадем у вас вашего супруга, но…

— Мы слушали рассказы о Японии, – продолжил священник. – Еще несколько дней, и корабль отправится в эту страну. Нам хотелось знать больше об обычаях вашего народа…

Мана в оцепенении стояла в дверях, не зная, что ответить.

— Извините, – пробурчал Ихара, вышел к ней, и, прикрыв за собой дверь, прошептал:

— Идите спать, зачем вы ходите по д-дому, да еще и босиком!

Обстоятельства ли тому виной, или затаенная обида Ихары, но молодые супруги не провели вместе больше ни одной ночи до самого отправления в Японию. Вскоре у самурая просто не находилось времени на то, чтобы побыть с Маной. То его инструктировал король, то матушка желала прокатиться с сыном по Парижу в карете, то кто-нибудь хотел попрощаться с молодым французом, отправляющимся на чужбину. Из-за этого в особняке практически все время были гости.

И вот настал день отправления. В порту стоял невероятный шум. Оттуда как раз выходила галера, груженная бочками с вином. То и дело раздавались звонкие удары плети, звяканье металла, мужская ругань, короткие грубые приказы. Мана и Шинджу, придерживая юбки, вышли из кареты. Ихара ехал верхом. Провожать путников также приехали граф и графиня де Вард, Софи, несколько придворных и даже сама мадам де Монтеспан. Корабль, уже готовый к отплытию, ожидал японскую делегацию и французов в Гавре. Несмотря на продолжающуюся Голландскую войну, а значит и возникающие в связи с этим финансовые проблемы, Людовик не поскупился на подарки и провиант.

Франция так и не стала ей родной, но Мане почему-то хотелось плакать, когда она взошла на борт и посмотрела на стоявших внизу людей. С ними в дорогу также отправлялся молодой священник-миссионер. Девушка уже беседовала с ним, прося пояснить ей непонятные отрывки из Священного Писания. Удастся ли ей когда-нибудь стать настоящей католичкой? Пока баронесса де Брионе не была в этом уверена. Ведь она мысленно просила помощи у Бэнтен – единственной богини-женщины среди японских богов-мужчин[1], приносящей удачу в любви… (1dc0d)