Книга Кристиан, страница 67 – Елена Тюрина

Горячая волна прилила к низу живота, и когда Шинджу подняла лицо, теснее прижимаясь к его телу, он понял, что она ощутила его возбуждение. Гостья смотрела ему прямо в глаза внимательным, слегка одурманенным взглядом из-под полуприкрытых ресниц. Ах, как она смотрела! Как кошка, щуря свои черные очи. С минуту они не сводили друг с друга взглядов. А затем он склонился и поцеловал ее горячие, мокрые от слез губы. Почувствовав, как изящные ручки обвили его шею, граф подхватил Шинджу и понес к ложу. Бросил на постель и навалился сверху. Стройное хрупкое тело под ним казалось почти детским и никогда не знавшим мужчины. А Франсуа словно стал сорвавшимся с цепи зверем, такими грубыми и нещадными были его движения. Сам себя не узнавал – голова шла кругом, перед глазами все плыло. Пот ручьями стекал с его лба на скулы и подбородок. А извивающееся тело японки маняще переливалось в тусклом свете почти расплавившейся свечи…

Карета ждала в привычном месте. Молодая женщина, осторожно переступая лужи, оставленные утренним весенним дождем, подошла к экипажу. Шинджу явно не была обрадована очередным визитом Софано. Но тот проигнорировал ее недовольный взгляд.

— Вы молодец, что сумели расположить к себе графиню де Вард.

После этих слов на лице японки промелькнула гримаса, растолковать которую иезуит не смог.

— Хоть в чем-то угодила, надо же! – с иронией произнесла она.

— Теперь вы вхожи в окружение фаворитки короля маркизы де Монтеспан. Нам нужен подробный отчет о ее планах, привычках, выездах, о посещении ее Людовиком.

— По-вашему, я шпионка? – взвилась Шинджу, от чего-то чересчур нервная сегодня. – Для этого мне нужно круглосуточно находиться радом с маркизой!

— Вовсе нет! Просто обратите свое внимание в большей степени на графиню, а не на графа.

Мадам Хоши покраснела.

— Они с Монтеспан подружки. И очень часто женская болтовня – это кладезь всевозможной полезной информации, – продолжал Софано.

— Зачем вам это?

— Не важно. Вас это не касается.

Что-то не ладилось между графом и графиней в последнее время. И серьезных размолвок не возникало, но и не было прежнего согласия. Мелкие ссоры выводили обычно спокойного и уравновешенного графа из себя. А Александрин то и дело сбегала к маркизе де Монтеспан. Но в тот день, когда прискакал гонец от самого короля, графиня была дома. Оказалось, что его величество оказывает юному барону де Брионе высокую честь – предлагает службу в своей личной охране. Свой ответ юноша должен был дать монарху лично. Когда посланец торжественно зачитывал текст документа, Мана, тоже присутствовавшая при этом, от удивления приоткрыла рот. Полное имя и титулы ее самурая заняли большую часть всей речи. Она теперь окончательно убедилась, что Ихара в этой стране очень знатный человек и ей стало невыносимо горько от того, как она его обижала.

Волосы, стянутые в хвост шелковой лентой, жюстокор[1], жилет и кюлоты из пепельного бархата, батистовая сорочка, украшенная тонким кружевом, туфли с золотыми пряжками – Александрин не могла налюбоваться сыном. Впервые за те дни, что семья обрела похищенного пиратами Кристиана, он оделся, как подобает знатному французу. Увидев, как юноша спускается по широкой лестнице, графиня расплылась в горделивой улыбке. Очень развитые из-за постоянных тренировок плечи и грудная клетка, прямая осанка и мягкий неторопливый шаг человека, привыкшего передвигаться неслышно, добавляли Ихаре особенного обаяния. И все же странно было видеть его в европейской одежде. Насколько органичен юноша был в традиционном японском самурайском облачении, настолько же скованным он ощущал себя в сшитом по последней моде кафтане.