Книга Летящий ястреб, рыжая лиса, страница 87 – Мурзель

— Я и правда чувствую себя гораздо лучше, но простуда не может испариться за один день. Лучше повременить.

Брайан действительно выглядел бодрым и посвежевшим, но его голос все еще звучал немного сипло.

— Как скажешь, — кивнула «свекровь» и добавила. — Я только что говорила с нашим вождем. Он готов сегодня встретиться с тобой.

— Сегодня? Может, лучше через пару дней, когда я окончательно поправлюсь?

Миссис Смит покачала головой.

— Ты же знаешь, что завтра мы начинаем готовиться к Пляске Солнца, и у вождя не будет времени на разговоры.

— Ладно… — с сомнением в голосе протянул Брайан, — сегодня так сегодня.

«Свекровь» пригласила Кэтрин и Брайана к очагу, где тушилось рагу из кукурузы, фасоли и помидоров, а рядом в кипящем масле жарился хлеб.

— О чем ты хотел поговорить с вождем, Чета́н? — поинтересовалась миссис Смит, когда они уселись завтракать.

— О том, что белые собираются протянуть через наши земли железную дорогу, — ответил тот.

Глаза «свекрови» встревожено заблестели.

— Ты уверен?

— Да, нам с Кэт удалось раздобыть карту. Боюсь, что все обернется как под Каспером пять зим назад. Если не хуже…

— И что теперь делать?

— Не знаю. — Брайан вздохнул. — Хочу поговорить с Черным Медведем, узнать его мнение на этот счет. Лично мне кажется, что мы должны отсюда уйти.

— Уйти? — нахмурилась миссис Смит. — С нашей священной земли? Он никогда на это не согласится.

— Тогда придут Длинные Ножи и всех нас перебьют. Уж насколько лакота и шайенны были сильны, когда разгромили Длинноволосого, но и то бледнолицые загнали их в резервации. А нас слишком мало, мы и подавно не сможем сопротивляться.

— Ты прав, но куда же нам отступать? Мы и так уже забились в горы. Что нам остается?

— Не знаю. Нужно выиграть время. Может, если мы уйдем дальше на запад, бледнолицые оставят нас в покое.

Миссис Смит лишь сокрушенно покачала головой.

Кэтрин молча слушала их разговор. Пару лет назад газеты славили кавалерию Соединенных Штатов, загнавшей «кровожадных дикарей» в резервации. Кэтрин тогда тоже радовалась вместе со всеми. А сейчас — видела перед собой людей, которых вытесняли с родных мест, у которых отнимали землю, обрекая на голодную смерть, и ей стало стыдно за своих соотечественников.

После завтрака Кэтрин отправилась на реку. Она нашла тихую заводь, скрытую густыми камышами от посторонних глаз, и, раздевшись догола, вошла в студеную прозрачную воду. Хоть воздух и успел достаточно прогреться, но холод тут же пробрал ее до костей. Кэтрин с минуту поплавала и вышла на берег. Облачившись в свежее белье и чистую одежду, она вернулась к ти́пи.

Брайан сидел на траве у входа и курил. Кэтрин уселась рядом.

— Ну, как тебе здесь? — поинтересовался он. — Поладили с матерью?

Кэтрин усмехнулась.

— Было непросто, — сказала она и, строго прищурившись, спросила: — А почему это ты не рассказал мне, что собираешься жениться на дочери вождя?

Брайан глубоко затянулся, закашлялся и вдавил окурок в землю.

— Я не то, чтобы собираюсь… — Он смущенно пригладил косу. — Просто мне уже двадцать восемь — давно пора обзаводиться семьей. Сразу скажу: я никому ничего не обещал, но мама и Черный Медведь вроде как уже договорились…

— А ты что?

— Ну… Я был не против. Как раз и поехал охотиться на Бастера, чтобы получить награду за его голову и посвататься к Кими́меле.