Онлайн книга «Альбигойский Крест. Сенешаль Каркассона»
|
Но, как ни странно, в его сердце жила и любовь к этой милой женщине, окружившей его в страшных краях юга Франции такой заботой, теплотой и любовью, что и он полюбил ее каждой клеточкой своего сердца. Это не была обычная походная интрижка, Мария не подходила на роль «военно-походной жены». Чувства к ней были настоящей любовью. Ги улыбнулся, сравнив себя с каким-нибудь мусульманским эмиром, что мечется в гареме, разрываясь между любимыми женами. Это позабавило и, одновременно, напугало его, ведь многоженство считалось одним из страшных грехов и каралось жуткими наказаниями, вплоть до отлучения от церкви и предания анафеме, как еретика и язычника. Мария проснулась, открыла глаза, сладко зевнула и потянулась, выгнувшись своими роскошными формами. — Ой, прости меня, Мария, я нечаянно пошевелился и разбудил тебя… – Ги нежно поцеловал ее в шею. — Я не спала, просто лежала, закрыв глаза, и мечтала. – Ответила она, обнимая его. — Я тебя люблю… – тихо прошептал ей рыцарь. — Я знаю, – ответила она, – только чувствую, что ты постоянно о чем-то думаешь, мучаешься и переживаешь. Ты совсем не бережешь себя… Он не стал признаваться ей обо всем, что тревожило и не давало спать последнее время, лишив лишь спросить о последних новостях в городе и окрестностях: — Скажи-ка мне, Мария, какие новости у нас?.. — Да, в общем, никаких, мой дорогой. – Она задумалась. – А! Стали прибывать наемники. Правда, жители сильно опасаются, как бы они не набедокурили в самом Каркассоне. От этих разбойников всего можно ожидать! Слава Богу, что твой сын так резко их поставил на место, что первая партия даже «ух» не успела сказать, не говоря уже о всяких там непотребствах! Сенешаль улыбнулся: — Как он тебе? Я надеюсь, что вы с ним не повздорили? Сын очень любит свою мать… Мария улыбнулась, но, как-то грустно: — Слава Господу! Мальчик уже взрослый и понимает, хотя и порой посматривает на меня волком, что мужчинам такое просто необходимо… Сенешаль засмеялся и обнял ее: — Господи, какая же ты у меня смешная! — Это, еще, почему? – Обиженно ответила она. — Нет-нет, я просто хотел сказать… — Ладно. Я все поняла… – обиженно произнесла она в ответ. – Вот, приедет твоя законная жена, и ты будешь сторониться меня, словно я прокаженная! — Перестань так говорить. Сама знаешь, что мы с тобой живем в грехе. Нам надо не об этом думать, а просить Господа о милости и всепрощении… Мария легла на бок, подперев голову рукой, посмотрела на Ги и ответила: — Ты прав. Я слишком чувствительна стала. Переживания последних недель буквально выбили меня из колеи. Я ни о чем не могла думать, сильно переживала и боялась, как бы с тобой не приключилась беда… Рыцарь сочувственно покачал головой, погладил ее нежное округлое плечико и сказал: — Милая моя, ты мне лучше ответить на один вопрос… — Все, что угодно… — У кого в Каркассоне, кроме нашей малышки Флоранс, есть голубятни? Женщина повалилась на спину, подумала немного, и ответила: — Голубей разводят многие. А вот голубятни есть только у пяти жителей, включая, естественно, Флоранс… — Великолепно! – Воскликнул сенешаль. – Солнышко ты моё! А теперь, если тебе не трудно, назови мне этих славных любителей птиц… — Ну, племянник городского старшины… – начала перечислять владельцев голубятен Мария. |