Книга Альбигойский Крест. Сенешаль Каркассона, страница 151 – Виктор Бушмин

Сенешаль обиделся и ответил:

— Если мужчина возвращается из похода и бросается к любимой женщине – его незачем упрекать в схожести с кабаном!..

Мария засмеялась, обняла Ги и ответила:

— Мой глупый рыцарь, я совсем не это имела в виду! Ты, как дикое животное, набросился на меня и позабыл обо всех делах…

Сенешаль изобразил на своем лице недовольную гримасу, поморщился и ответил:

— Ох, я лишь только увидел твои глаза и совсем позабыл о делах. Как мне все надоело! Сил моих больше нет…

Она улыбнулась, отложила гребешок и обняла его. Ги уткнулся лицом в ложбинку между ее грудей, закрыл глаза и вздохнул. Мария крепко прижала его, словно хотела задушить и прошептала:

— Ничего не поделаешь, Ги. Тебе пора окунуться в купальню и смывать грязь и все неприятности путешествия. Вечером, насколько я знаю, должен вернуться твой сын. Он увел пополнение в Авиньоне и Кастельнодари. А вообще-то, он с каждым днем становится все больше и больше похожим на тебя мой любимый маршал…

Ги отстранился от нее, вздохнул и пошел в соседнюю комнату, где находилась его купальня. Он откинул полог, отделявший ее от спальни, и плюхнулся в большую круглую бочку, выбросив кучу брызг. Мария весело хохотнула, услышав его фырканье и плеск воды, скрутила волосы на затылке, приколола их тремя резными заколками и пошла мыть своего уставшего рыцаря.

Сенешаль сидел с намыленной головой, закрыв глаза от удовольствия и из-за боязни, как бы мыльная пена не попала ему в глаза и не начала неприятно щипать.

— Ты, прямо как малыш… – засмеялась Мария, массируя руками его голову. – Помню, я также вот сидела в купальне и жмурила глазки, пока моя матушка отмывала мои волосы.

Она взяла кувшин и стала осторожно смывать пену с его головы. Ги тряхнул мокрыми волосами, разбрасывая тучи капель вокруг себя. Мария визгнула от неожиданности и прикрыла лицо руками. Рыцарь открыл глаза и с улыбкой посмотрел на нее. Она смеялась над этой невинной шалостью рыцаря, ее глаза горели, щеки пылали от смеха и возбуждения:

— Ой! Ты у меня, как щеночек! Тот тоже любит после купания трясти волосами и брызгаться!..

Они рассмеялись, Ги встал и обнял ее, прижав к своему мокрому телу. Мария игриво отталкивалась от него, но глаза ее говорили совсем иное. Сенешаль подхватил ее на руки, словно пушинку, и понес к кровати. Женщина весело смялась, откинув голову назад, ее волосы снова расплелись и повисли длинным занавесом, почти касаясь каменных плит пола комнаты.

Ги бросил ее на кровать, Мария засмеялась и стала мотать ножками в воздухе, приподняв их над постелью. Рыцарь повалился на нее, покрывая поцелуями вздрагивающее от желания тело женщины…

Подходило время вечерней молитвы. Ги лежал, стараясь дышать как можно тише. Мария заснула, уткнувшись носом в грудь рыцаря и обвив его своей нежной ручкой. Он слышал, как о чем-то перебранивались слуги во дворе, в раскрытое окно вместе с приятной вечерней свежестью влетал звук кузнечных молотков, перековывавших коней крестоносцев.

Сенешаль любил, вот так, лежать и слушать мирные звуки, которые до боли напоминали ему родные края, милый сердцу замок Сент-Ном и его любимую жену Жанну, которая наверняка в этот час возилась с дочкой.

Ги грустно вздохнул. Нет, он не запутался в своих чувствах и отношениях. Его любовь к Жанне ни на минуту не затихала, наоборот, она наполняла его каким-то новым смыслом. Только находясь на расстоянии от дома, друг от друга, можно было реально оценить силу любви.