Книга Альбигойский Крест. Сенешаль Каркассона, страница 108 – Виктор Бушмин

Виконт вынул меч и тихо пошел к тому месту, где спрятался оруженосец. Внезапно, что-то промелькнуло у него под ногами, и большая серая крыса испуганно пискнув, бросилась в свою щель.

Виконт перекрестился и, обернувшись к отцу, произнес:

— Слава Богу, отец, что это была крыса…

— Дай-то Бог, сын, дай-то Бог… – ответил граф. – Все, пошли отсюда!

— Неужели, отец, мы ляжем спать?..

— Да, утро вечера мудренее… – Раймон-Роже потрепал виконта за волосы. – Негоже благородным людям нападать по ночам. Завтра, помолимся и, с Божьей помощью, осилим все напасти…

— Я провожу тебя… – виконт отважно шагнул в темноту коридора.

— Успокойся, – улыбнулся граф, – это наш дом, здесь нам никто не угрожает.

Они вышли из библиотеки. Гуго успокоился, перевел дыхание и дождался наступления полнейшей тишины. Для пущей верности, оруженосец выждал, когда закончится очередной обход дворца ночной стражей, и тихой тенью пробрался к себе в комнату, где мирным сном спали остальные оруженосцы и прислуга.

На следующее утро, Гуго де Арси тайком проскочил к сенешалю и пересказал, как мог, стараясь не упустить ни единой подробности и мелочи, ночной разговор.

— Эх, Гуго, ты даже не представляешь, с кем ты познакомился ночью… – невесело произнес Ги де Леви. – Ты виделся с Жильбером де Кастр – Верховным Просветленным всех катаров Окситании. Этой ночью ты, мой юный оруженосец, виделся с самим дьяволом…

— С Господом в сердце мне не страшен никакой дьявол! – Заносчиво ответил юноша.

— Храни тебя Господь. – Произнес сенешаль, похлопав оруженосца по плечу. – Ты очень отважный и умный юноша, Гуго. Ты вскользь произнес о том, что у катаров есть шпион, живущий среди нас в Каркассоне?..

— Катар произнес «она» … – поправил сенешаля Гуго де Арси.

— Она! – Воскликнул Ги де Леви. – Это, клянусь Богородицей, уже занятно…

Сенешаль вскочил и прошелся по комнате, раздумывая над словами оруженосца. Выходило, что таинственным шпионом являлась женщина. Но, кто? Этого Ги не знал.

— Полагаю, ты не расскажешь об этом разговоре никому? – Сенешаль пристально взглянул на юношу.

— Клянусь Богородицей, сеньор сенешаль… – Гуго перекрестился.

— Молчи, – кивнул Ги де Леви, – от твоего умения молчать теперь зависит многое, точнее сказать – всё!..

Оруженосец ушел. Сенешаль переоделся и решил пройтись до церкви, чтобы рассказать это монаху, направленному с ним Чезаре.

Ги изобразил на своем лице скуку, вышел из дворца и неспешной походкой прогулялся по замку, перебросился парой ничего не значащих фраз с местными рыцарями, придворными и вышел через главные ворота в нижний город. Сенешаль побродил по его узким улочкам, проверяя, не следит ли кто за ним. Кроме его оруженосца и рыцаря сопровождения, выделенного графом де Фуа своему почетному гостю, мало кто обращал внимание на прогуливающегося сеньора.

— Простите, но мне надо отдать долг Господу… – нарочито равнодушным голосом сенешаль произнес, обращаясь к оруженосцу и рыцарю охраны.

Они молча поклонились, и сенешаль вошел в двери часовни. Народу было мало, прихожане уже оставили часовню после утренней службы и разбрелись по своим делам. Ги присел на скамью и стал молиться. После молитвы, он поставил свечу перед распятием и увидел монаха, прибывшего с ним в графство.

— Святой отец, – произнес сенешаль, когда монах поравнялся с ним, проходя между рядами сидений, – моя душа просит покаяния у святой матери церкви…