Книга Прыжок леопарда, страница 37 – Виктор Бушмин

— Вам, монсеньор, виднее… – засмеялся рыцарь.

— Прекрасно! Первый урок, как я понял, не пропал для вас даром! – Министр обрадовался, его глаза приобрели хитрый блеск, щеки порозовели, а пальцы рук забарабанили по столешнице какой-то мотив. – Мы, я имею в виду его величество и себя лично, очень довольны, что выбор, который сделали, предпочтя именно вас, Филипп, был правильным…

Филипп де Леви сделал недоумевающее лицо, но про себя подумал о том, что бесплатный сыр может быть только в мышеловках, сдержался и, не подавая вида, ответил:

— Монсеньор, это слишком большая честь для меня – простого рыцаря, коих у его величества неисчислимое множество!..

— Скромность, пусть и наигранная, – превосходная вещь! – Резюмировал Сугерий, оглядывая его с ног до головы. – Выдержка, ей Богу, еще важнее! Мне нравится ваша сдержанность, хотя… – он на минуту задумался, потом, игриво подмигнул рыцарю и сказал. – А ведь признайтесь, вам интересно узнать, для чего это король вдруг, ни с того ни с сего, взял, да и вызвал вас к себе?

— Я вассал, а он – сюзерен… – спокойно ответил Филипп и пожал плечами. – Это мой долг, он закреплен оммажем…

— Поразительная выдержка. – Сугерий подпер подбородок кулаком и всмотрелся в юношу. – Такое хладнокровие, право, уже и не встретишь. Значит, говорите, что вам неинтересно…

— Я так не говорил, прошу прощения… – вставил Филипп. – Это вы, монсеньор, так сказали.

— Изумительно! Вы учитесь, Филипп, причем, прямо на глазах! Сейчас, к примеру, вы продемонстрировали мне способ «цепляния к словам»! Прекрасно.

— Извините, монсеньор, но, при всем к вам уважении, я прибыл сюда не для того, чтобы вызывать смешки и вздохи восхищения. Я – рыцарь, я вассал его величества. И между прочим, только оммаж, принесенный королю, в данный момент создает различия между нами. В противном случае…

— Извините меня за столь долгое вступление. – Сугерий нахмурился. – Его величество Людовик, король Франции, решил возложить именно на вас, мессир де Леви, выполнение одной очень ответственной миссии. Зная вашего родителя, прекрасно зная ваших братьев, – де Леви вздрогнул, услышав о своих родных братьях, служащих у Сугерия. – Я решил, что именно вам, а больше никому, надлежит, – он сделал паузу, придавая наибольшую значимость своим словам, – надлежит подружиться с его светлостью Гильомом Клитоном, сыном мессира Робера Куртгёза, находящегося в застенке Тауэра или еще какого неприступного замка, где его прячет родной брат-узурпатор престола Англии…

Филипп с нескрываемым удивлением посмотрел на министра. Нет, это была не шутка. Сугерий был предельно серьезен, об этом говорил весь его вид и обстоятельства, которыми был обставлен его внезапный вызов к королю.

— И это все, монсеньор? – Только и нашелся, что спросить Филипп. Он был поражен столь странным приказом могущественного министра.

— Отнюдь, мой друг. Стать другом – это очень и очень трудно. А стать другом по приказу – еще сложнее! Знаете ли вы все политические нюансы, которые окружают престол Англии? – Сугерий с нескрываемым интересом посмотрел в глаза собеседнику. Рыцарь отрицательно покачал головой. Министр улыбнулся и с довольным видом покачал головой. – То-то и оно, мессир де Леви. Гильом Клитон, как ни странно это будет звучать, единственный, неоспоримый и законный наследник трона своего грозного деда…