Онлайн книга «Пророчество Гийома Завоевателя»
|
— Прекрасно, сир Анри. Мы известим вас о дате… — И, как долго мне ждать? – С нетерпением в голосе спросил Генрих. — Ждать чего? Короны? Ха-ха! Многие ждут ее годами… – засмеялся Жан. — Нет. Когда вы решитесь… — А-а-а. Думаю, что к августу мы управимся… Замок Дуллэн. Пять лье севернее замка Корф. 3 мая 1100 года. После беседы с Генрихом Жан де Фиенн со смешанными чувствами направился к Годфруа де Леви, гостившему у одного нормандца, с которым он познакомился в Лондоне. Мессир Готье де Линь, так звали этого сеньора, был приятным в общении вежливым норманном лет тридцати от роду. Худощавый, с длинными руками и ногами, вытянутым, словно у лошади, лицом, мессир Готье был несколько простодушен, доверчив и наивен. Это было на руку рыцарям, тем более что Годфруа должен был исправно отрабатывать легенду о франке, желающем обучиться трудному ремеслу английского лучника… Жан ехал на спокойном мохноногом фламандском жеребце рыжей масти. Щит свой он забросил за спину, легкая кольчуга не сковывала его движений, но меч, на всякий случай, он извлек из ножен и положил себе на колени… Настроение, не в пример ясному весеннему дню, было паршивое. Благородное сердце Жана де Фиенна всеми своими ударами протестовало, но, слово было дано, и рыцарь де Фиенн был обязан его исполнить любой ценой… Что-то противное и липкое засело в его груди, мешая нормально и спокойно дышать, сжимало его грудь, наводя на невеселые мысли. Эти ощущения были сродни смутным предчувствиям чего-то неизбежного и обязательно плохого. Как ни старался Жан отгонять подобные мрачные мысли, они неотступно преследовали рыцаря… Так, за раздумьями о своей несчастной доли убийцы, Жан добрался до замка Дуллэн, где и гостил Годфруа… Рыцарь Готье де Линь радушно встретил молодого и знатного франка, был весел, корректен и гостеприимен. Он буквально замучил своих гостей всевозможными охотами, развлечениями и попойками, стараясь угодить им, чтобы не прослыть прижимистым и невоспитанным сеньором. Только на третий день, улучив момент, Жан сумел поговорить с Годфруа. Они выбрались в небольшой садик, якобы погулять, который располагался в дальнем углу замка Дуллэн. Забравшись в кусты вишни, Жан убедился, что их никто не слышит, заговорил: — Я уломал брата Гильома нам помочь… Годфруа с отрешенным лицом, было видно, что и он страдает от этого задания, ответил: — А я. Признаться, думал, что это только мы такие уроды… Жан махнул рукой: — Брось, Годфруа. Лично я начинаю уже немного понимать короля Филиппа. Хотя… Тут раздался треск лопнувшей сухой ветки. Рыцари замолчали. Годфруа выглянул из кустов вишни, осмотрелся по сторонам и возвратился назад, весь засыпанный лепестками цветущей вишни. — Никого нет… — Это хорошо. – Кивнул Жан де Фиенн. – Анри, брат Гильома, согласился нам помочь. Знал бы ты, как у него загорелись глаза при мысли о возможности примерить корону Завоевателя на свою голову! Диву даюсь, какие бывают гадкие и подлые люди! — Далеко ходить не надо, Жан. Мы, пожалуй, не лучше… — Так. Перестань, Годфруа! Мы – совсем другое дело! Мы лишь рука, но не голова! А рука, ты сам знаешь, за голову не отвечает! Как у тебя успехи?.. — Так себе, Жан. – скривился Годфруа. – Лук, все-таки, не арбалет. Никак не могу к нему привыкнуть! Уж больно он, как это сказать, чуткий в руке! Надо учитывать столько разных вещей, голова кругом! Ветер, дождь и прочую дребедень! Стрела длинная, тонкая, ветер ее может отклонить в сторону… |