Книга Триктрак, страница 26 – Ольга Болгова

— Но я смогу отдать только в следующем месяце, — пробормотала Ася. — Или завтра, если ничего не выйдет.

— Ничего, в следующем, так в следующем.

По правде говоря, девчонки втайне завидовали подруге и негодовали — уж слишком большим диссонансом звучала эта пара: общительный энергичный Юра и томная, себе на уме, Валентина, но он запал на неё еще на втором курсе, долго обхаживал и все-таки уломал — мужская душа потёмки.

Шоколадные розы пошли на ура, но ни у кого не поднималась рука резать Медного всадника. В конце концов за дело взялся мужчина, и лезвие ножа уже подбиралось к вздыбленному над глазурной бездной коню, как рука его дрогнула — Валентина громко ойкнула, испуганно округлив глаза.

— Юра, девочки… я, наверное, рожаю…

— Что, Валёк, что? — нож полетел на стол, а муж кинулся к жене.

— Всё! Ой! Мамочки!

Больше ничего членораздельного, кроме ахов и охов, услышать от неё не удалось. Лёля рванула на вахту вызывать скорую, Юра запрыгал вокруг жены, исполняя панический ритуальный танец. Ася держала охающую Валю за руки, пытаясь успокоить. Когда приехала скорая, Валентина идти уже не могла, уверяя, что у неё отошли воды, и субтильный Юра потащил жену вниз на руках. В общаге начался переполох, скорую провожали дружной толпой, стоя на крыльце и желая удачи! Подвыпивший Саша Веселов даже побежал вслед за машиной, пытаясь ухватиться за бампер.

Проводив подругу, Ася и Лёля вернулись к так и не разрезанному шоколадному торту, чашкам с недопитым чаем и пяти красненьким, оставленным Юрой на столе. Сидели молча, переваривая событие. Роды были пугающей и влекущей загадкой, а то, что рожать уехала подруга Валька, с которой съеден не один пуд соли, наполняло девчонок особым трепетным волнением. Обсуждать тему не стали, по молчаливому согласию наложив на неё табу.

— Ну что, Аська, будем ждать и доедать торт? — нарушила тишину Лёля.

— Что-то не хочется, — пробормотала Ася.

— Что не хочется?

— Есть не хочется!

— Если честно, мне тоже не хочется!

Посидели, разглядывая торт. Медный всадник, покарябанный ножом, сдерживал твердой рукой шоколадного коня. Одиноко грустила последняя розочка.

— А если… — начали одновременно и замолчали, уставившись друг на друга.

— Что, если? — спросила Ася.

— А у тебя что? — вопросом на вопрос отреагировала Лёля.

— Подумала: а если попробовать продать торт Борисовой?

— Синхрон, Аська! — подскочила подруга.

Доели на двоих последнюю розочку и пошли. Борисова смотрела телевизор, на кровати в углу спала подселённая первокурсница, которую «хозяйка» комнаты старательно выживала.

— Вера, купи торт, — объявила Ася, держа в руках шоколадное великолепие, словно хлеб-соль на свадьбе.

— Купи, Верусик, а! — подхватила Лёля.

— Вы что, девки, с ума сошли? — пробасила Борисова.

— Да ты посмотри, какое чудо, по дешёвке продаём, — протянула Ася.

— Мы розы съели, но все остальное девственно нетронутое. Лови удачу! — добавила Лёля.

— Почём? — поколебавшись, спросила Борисова.

— За… четырнадцать рублей, — объявила Леля.

— Да он в магазине стоит пятнадцать! — блеснула знанием цен Вера.

— Но шоколад-то весь на месте.

— А роз там сколько было? Они же веночком идут.

— Не веночком, а орнаментом, с промежутками, — возмутилась Ася.

Подсчитали количество съеденных роз, вывели пропорцию, сошлись на двенадцати рублях и разошлись, довольные друг другом.