Книга Любовь во времена Тюдоров. Обрученные судьбой, страница 111 – Екатерина Юрьева, Ольга Болгова

— Разумеется, ваши неаполитанские хозяйки – лучшие на свете…

— А помните, мессер, тот суп из корня, как его, мала… мата… бата…

— Basta! Вперед, Берт, мы и так задержались! – оборвал кулинарные воспоминания оруженосца Ральф, пришпоривая рыжего.

Бертуччо на гнедом, а следом четверка запасных лошадей – двух из них в обмен на усталых разбойничьих выделил из боскомских конюшен мажордом Смит – рванули вслед за ним.

К полудню путники были у Гейнсборо, приближаясь к охваченным мятежом землям. По пути они узнали, что Хамбер разлился после долгих осенних дождей, а на всех больших переправах паломники выставили посты, задерживая путников, поэтому Ральф решил, что лучше пробиваться в Дарем окружным, пусть и тоже опасным, путем, чем ехать напрямик и безнадежно застрять на большой переправе.

Два-три дня, и, если фортуна поможет им в дороге, они будут в Саттоне, и он наконец-то увидит «голубку», выросшую леди Перси, «рукодельницу и умницу»… Образ ангела во плоти все более пугал его. Что он будет делать с нею? Впрочем, сделает то, что нужно, устроит в безопасном месте, исполнив долг и обещание. В его мысли о жене упорно пробивалась сероглазая ее тезка, которую следовало забыть и более не возвращаться к воспоминанию, как он обнимал ее в те две ночи, – ни мысленно, ни во снах.

Отсюда было миль тридцать до замка, где находился королевский констебль, восьмидесятилетний лорд Дарси, но, как говорили во всех придорожных трактирах, армия Паломников благодати уже осадила его стены. Король до сих пор не прислал войска, и в этом защитникам Церкви и традиций виделась рука Божия, а город Помфрет, как и все графство, приветствовал и помогал восставшим. Дарси отправлял послания и петиции, но, несмотря на его деятельность, а может, и благодаря ей, мятеж в Йоркшире и соседних графствах ширился и креп.

У Ральфа не было никаких шансов встретиться ни с Дарси, ни с Хаксли. Последний, как и все окрестные джентльмены, что не попали в руки мятежников, скрывался в осажденном замке. Даже если бы Перси удалось проникнуть туда, вряд ли бы они озаботились чужой судьбой, когда их собственные жизни висели на волоске. Правда, фортуна все же не преминула подразнить путников.

Объехав стороной Донкастер, вечером 23 октября Ральф и Бертуччо двигались вдоль реки, приближаясь к повороту на переправу, где, по словам хозяина придорожного трактира, можно было перебраться на ту сторону на лодках.

Смеркалось. Воздух был насыщен влагой, словно в нем незримо повисли миллиарды мельчайших капель, над водой тянулись клочья тумана, будто небесная молочница случайно пролила молоко из огромного кувшина. Всадники возникли неожиданно, то ли поджидали в засаде, то ли сами не предполагали встречи. Трое конных перегородили путникам дорогу.

— Стойте, джентльмены! Кто такие? Куда держите путь? – Хрипловатый голос принадлежал выехавшему чуть вперед человеку в подбитом мехом черном плаще – околыш широкого берета почти скрывал его и без того не видное в мутном сумраке лицо.

Как глупо попасть в сети, когда казалось, что все складывается так удачно. Кто они? Дозор армии паломников? Лихие люди? Или солдаты все-таки добравшегося сюда Норфолка? Рука Ральфа легла на меч, пальцы привычно стиснули удобную округлость рукояти.

— Они не из наших, командир! – заявил второй, тот, что ехал слева. – Шныряют по ночам, ни дать ни взять шпионы из Помфрета или люди Кромвеля. И лошади запасные с собой!