Книга Хозяйка Мельцер-хауса, страница 118 – Анне Якобс

— Вы… Вы намерены остаться здесь надолго? – осторожно спросила Йордан.

Риккарда фон Хагеманн сделала вид, будто совсем не слышала вопрос, и вломилась в кабинет своего сына. Было слышно, как она начала ругаться из-за пыли на письменном столе.

— Мы будем жить здесь с сегодняшнего дня, фройляйн Йордан, – объяснил Кристиан фон Хагеманн со снисходительной улыбкой, не допускающей никаких возражений.

Мария Йордан была уже далеко не юной девушкой и знала, что жизнь таит в себе всевозможные сюрпризы. Хорошие и не очень хорошие. Этот же сюрприз был из разряда тех, хуже которых было сложно придумать.

— Мне жаль, но мы не знали об этом, господин барон. Госпожа ничего нам не сказала.

Он даже не подумал ответить ей, а прошел в гостиную, чтобы осмотреть печь. Было ясно: совершалось настоящее нападение. «Бедная Элизабет, я уверена, не имеет ни малейшего представления о том, что эти мерзавцы поселились у нее». – Мария Йордан испытывала глубокую солидарность со своей молодой хозяйкой, но в одиночку она была не в силах противостоять господам. На Герти она не могла опереться. Вот если бы тут была фрау Шмальцлер! Или фрау Брунненмайер. Августа тоже могла бы дать отпор. Однако ни одной из них здесь сейчас не было…

Мысли Марии Йордан замерли при виде мужчины, который теперь шаг за шагом поднимался по лестнице. Это был костлявый старик с седыми волосами до подбородка, его изможденное лицо и глубоко запавшие глаза пугали. Никогда раньше она не видела такой зловещей фигуры. Темный костюм болтался на теле слуги, на левом плече он нес большой деревянный ящик. Он слегка подпер его рукой и, казалось, ничуть не устал от того, что тащил эту ношу.

— Это в кабинет, Иоганн! – приказал барон, а затем повернулся к обеим женщинам:

— А вы чего ждете? Ну давайте, вперед!

Мария Йордан предпочла не пререкаться и подчинилась. Она нарочито медленно спустилась по лестнице, схватила хотевшую проскользнуть мимо нее Герти за руку и процедила, чтобы та тоже не торопилась.

— А если в самом деле что-то украдут? Тогда в этом виноваты будем мы, Мария.

— Кому нужно это барахло!

— Да люди же воруют, как воронье, ты и сама это знаешь!

Внизу, в коридоре многоквартирного дома, они нашли несколько плохо перевязанных картонных коробок, две источенные молью дорожные сумки, маленькое кресло с красной грязной бархатной обивкой и четыре шляпные коробки.

— И это все пожитки госпожи баронессы? – размышляла Мария Йордан. – Ну да, надеюсь, они не притащили с собой каких-нибудь насекомых.

— Но моль-то у них определенно есть. – С отвращением Герти ухватилась за сальную кожаную ручку дорожной сумки.

— А может, и клопы, и вши, – со злостью добавила Мария Йордан, похлопывая по креслу, от которого поднялось целое облако пыли. Вот вам, пожалуйста. Сами по уши в грязи, а ворчат из-за пыли на столе.

На лестнице послышались шаги, скрипнули половицы. Это, должно быть, шел Иоганн, их слуга – он пыхтел и надрывно кашлял, а затем сплюнул.

— Фу, как противно, – прошептала Герти. – Клянусь тебе, Мария, что больше не останусь здесь ни на один день. Еще не хватало, чтобы здесь работал этот ходячий скелет.

— Да, в нем что-то есть от привидения, правда? – произнесла Мария Йордан, подогревая ее страхи. – А где они его разместят? Скорее всего, наверху, под крышей, прямо рядом с нашей комнатой.