Книга Девушка с характером, страница 212 – Анне Якобс

Медсестра вполголоса объявила, что пора покинуть палату, что больному нужен покой. Фон Хагеман первым последовал этому требованию, за ним потянулись остальные, Китти с Элизабет вышли последними. Сестры, которые перед этим ссорились, теперь в слезах обнялись, и Элизабет попросила у Китти прощения.

Алисия на короткое время покинула свой пост у кровати мужа и вышла в коридор. Она сообщила, что, по словам врача, случился сердечный приступ, так называемый инфаркт, при котором сгусток крови закупоривает коронарную артерию и препятствует притоку крови к сердцу. Согласно недавним исследованиям после инфаркта пациенту показан двухнедельный постельный режим.

— На ночь я останусь здесь, – сказала она. – Наутро посмотрим. Дай бог, не случится повторного инфаркта, и мы сможем переправить его домой.

Все решили, что это плохая идея, что дома Иоганн Мельцер точно не будет лежать в постели. Однако спорить не стали, а Элизабет восхитилась мамой, ее невероятным мужеством. Алисия действительно полностью владела собой и как военачальник распределяла обязанности:

— Элизабет, если завтра утром я не появлюсь, ты вместе с фрейлейн Шмальцлер займешься домом.

— Хорошо, мама.

— Китти, ты принимаешь посетителей и отмени все визиты на ближайшие дни.

— Да, мама.

— Пауль, прошу тебя, пока отец болен, возглавить фабрику.

— Конечно, мама.

Алисия оглядела всех и, несмотря на обстановку, мужественно улыбнулась.

— До завтра, дорогие. Как хорошо, когда в тяжелый час можешь рассчитывать на своих детей. Отец будет вами гордиться, когда поправится!

На прощание обнялись, и Китти сказала, что раз уж мама держит вахту, можно спокойно пойти поспать. Элизабет не ответила, а фон Хагеман ласково обнял ее за плечи, пока они шли к лифту:

— Вот увидишь, он скоро встанет на ноги, Лиза.

— Безусловно.

Пары расселись по машинам, Мари машинально села в машину к Паулю. Он завел мотор и не спеша поехал за двумя другими автомобилями.

— Ну вот, я директор фабрики, – горько произнес он. – Кто бы мог подумать, что меня так быстро повысят.

— Это только на время, господин Мельцер. Ваш отец поправится.

Пауль молчал. Они миновали ворота Якова и поехали к вилле. Дуговые лампы в этот поздний час давно не горели, но справа светились огни машиностроительной фабрики, которая работала круглые сутки. Проезжая по мостику, они увидели, что ручей блестит, словно разбитое стекло на земле.

Мари смотрела на задние огни машины Альфонса. В ней был виден силуэт Китти, она сидела рядом с Альфонсом, и по ее энергичной жестикуляции можно было предположить, что они беседуют.

— Мне очень жаль случившегося, – сказала Мари и остро почувствовала, насколько сухой получилась фраза.

По лицу Пауля пробежала горькая усмешка:

— Спасибо за сочувствие. Приятно сознавать, что служащие разделяют радости и горести своих хозяев.

Его ответ задел ее. Они молча обогнули клумбу перед виллой, и Пауль остановил автомобиль у входа для прислуги.

— Доброй ночи, господин Мельцер…

Она не слышала ответа, он дал газ и поехал к гаражам.

— Закройте за мной дверь, Йордан. И прекратите стучать вешалками.

Мария Йордан с ненавистью смотрела на медицинскую сестру, которая уже всю неделю наводила на вилле порядки. С каким удовольствием она поставила бы мегеру на место, но, к сожалению, это было невозможно.