Книга Непокорная фрау Мельцер, страница 145 – Анне Якобс

Он взял себя в руки. Не было смысла предаваться мрачным предчувствиям.

— Почему бы ей самой не поговорить со мной?

Улыбка Серафины выражала только сожаление.

— Сегодня утром у вашей матери состоялся телефонный разговор, который оказал сильное напряжение на ее и без того слабые нервы. Поэтому я дала ей успокоительное, она спустится к обеду, но в данный момент ей затруднительны долгие дискуссии.

С согласия доктора Грайнера Серафина время от времени давала матери немного валерианы. Совершенно безвредно, как объяснил ему доктор. Тем более что назначенная доза была небольшой.

Он ждал худшего. Неужели это был звонок от Мари? Вдруг она – мелькнула безумная мысль – подала на развод? Разве доктор Грюнлинг не говорил, что все чаще женщины подают такие иски? Результат женской эмансипации.

— К сожалению, состоится развод. – Серафина словно услышала его мысли.

Итак, это правда! Он чувствовал, как падает в бездну. Он потеряет Мари. Она больше его не любит.

— Развод, – медленно произнес он.

Серафина внимательно следила за эффектом своих слов и немного медлила с ответом.

— Да, к сожалению. Ваша сестра Элизабет позвонила из Кольберга и сообщила, что подала на развод с мужем Клаусом фон Хагеманом. Процесс ведется здесь в земельном суде, в Аугсбурге, по ходатайству мужа.

Лиза! Это Лизе предстоит развод с мужем. По какой-то своей причине. Лиза, а не Мари подала на развод.

Он испытывал невыразимое облегчение и в то же время раздражение из-за того, что так открыто проявил свои чувства перед Серафиной.

— Очень жаль, – пробормотал он. – Она сказала, что собирается делать дальше?

— Для начала Лиза поселится здесь, на вилле. Что она планирует дальше, мы не знаем.

Он вполне мог себе представить, что эта новость, которую Лиза, вероятно, сообщила кратко и лаконично, в своей манере, стала для мамы настоящей катастрофой. Какой скандал! Аугсбургское общество все еще сплетничает о сбежавшей жене Пауля Мельцера, а теперь его сестра разводится с мужем и возвращается в родительский дом. Кроме того, постоянно шептались о безнравственной жизни молодой вдовы Китти Бройер, которая довольно открыто общалась с различными молодыми художниками. Неблагополучная семейная жизнь Мельцеров снова станет излюбленной темой всех сплетников Аугсбурга.

— Могу ли я высказать одно замечание?

— Пожалуйста!

Теперь Серафина выглядела смущенной, что подходило ей гораздо больше, чем фальшивая улыбка. Что ж – она происходила из благородной семьи, где истинные чувства проявляются лишь в исключительных случаях. Он знал это от своей матери.

— Что касается меня, я очень рада, что Лиза вернется сюда. Вы, возможно, помните. Мы с ней подруги. Я думаю, Лиза приняла трудное, но правильное решение.

— Возможно, – согласился он. – Лиза, конечно, очень желанный гость на вилле и получит всю необходимую поддержку.

Серафина кивнула и, похоже, была искренне тронута.

У этой тягостной особы, оказывается, были и свои хорошие стороны, но, к сожалению, она ничего не могла поделать со своей невзрачной внешностью.

— Какое счастье иметь такого брата. Того, кто так безоговорочно поддерживает свою сестру, – тихо произнесла она.

— О, большое спасибо. – Он пытался отшутиться. – В трудные времена мы, Мельцеры, всегда держимся вместе. – Она кивнула и посмотрела на него. С томным взглядом. О боже, она всегда так смотрела, когда они раньше встречались в каком-нибудь обществе или на балу. – Тогда мы должны пообедать сейчас, – поспешно добавил он. – Меня ждут на фабрике.