Книга Отречение, страница 168 – Алиса Клима

— Вы же не хотите…

— Хочу, – прервал ее Ларионов, все так же сардонически улыбаясь. – Встречи трижды в неделю.

— Вы!.. – Вера резко выдохнула и, схватив рисунки, ринулась к выходу.

Ларионов снова ухватил ее за запястье и силой увлек в комнату.

— Да угомонись же ты и выслушай меня! – засмеялся он.

— Прекратите меня тащить, – возмутилась Вера.

— Ну, если тебе нет дела до моего предложения… – Ларионов выпустил ее.

— Нет, есть! – выпалила она и смутилась.

Ларионов оглядывал ее с улыбкой.

— Так что же? – нетерпеливо спросила Вера.

— Я хочу обучить тебя стрельбе, – промолвил он, раскуривая папиросу.

Вера снова приоткрыла рот, смешавшись от неожиданности его предложения.

— А что? Ты ожидала что-то другое? – спросил он вкрадчиво.

— Ну уж, знаете! – не выдержала Вера. – Вы много о себе возомнили.

Она замешкалась от досады, что попала в такую банальную ловушку.

— Вовсе нет, – сказал Ларионов, разглядывая ее сквозь дым. – Я принял твои правила и прошу принять мои. Три раза в неделю мы будем уезжать из зоны, и я обучу тебя стрелять.

— Два раза. А зачем? – торопливо добавила она.

Ларионов засмеялся.

— Откуда в тебе это сутяжничество? Девушка из приличной семьи, а торгуется, как на Привозе.

Вера пожала плечами, усаживаясь на подоконник.

— Откуда мне знать. На зоне я многому научилась. И не без вашей помощи, – язвительно заметила она.

Ларионов быстро опустил глаза. Он подумал, как сильно изменилась Вера за эти месяцы. Она научилась выживать и расцвела…

— Два раза меня устроит, – вдруг сказал он тихо.

— Но зачем вы хотите обучить меня стрелять? – не понимала Вера.

— Пригодится, – сказал быстро Ларионов. – Прошу мне доверять.

— А вы взамен освободите от работ на делянке Мартынова, – настойчиво проговорила Вера.

— Два раза в неделю – наши встречи. И он пополняет ряды бездельников, – отрезал Ларионов.

— Он действительно талантлив… – не унималась Вера.

— Довольно говорить об этом художнике, иначе ему придется расстаться с ухом, – сказал Ларионов, все еще улыбаясь. – Поговорим о тебе.

— Обо мне? – Вера опешила. – И вообще, вы обещали мне что-то интересное…

— Ты хотела посмотреть луга на нашей стороне оврага, – сказал он неуверенно. – Или уже передумала?

Вера наклонила голову.

— Нет, я была бы рада, правда.

Ларионов оживился, но она чувствовала, что он немного стеснен.

— Вот. – Ларионов открыл шкафчик внизу стола и вытащил оттуда какие-то вещи. – В этом будет удобнее кататься.

Вера прикрыла рот рукой и улыбнулась.

— Что это?

— Взгляни сама, – сказал Ларионов.

Вера развернула вещи. Там были брюки-галифе, только маленькие, сшитые для нее, и белая рубашка – длинная, свободная в рукавах, простая, но из хорошей конопли. И сапоги.

— Откуда?..

Ларионов покраснел.

— Наш портной Яша сшил. Я попросил его, и он сшил. Евреи хороши не только в искусстве, как всем известно.

— Я даже не знаю, что сказать. – Вера опустила глаза.

— Ничего не говори, Верочка, – сказал приглушенно Ларионов. – Поедем просто завтра кататься.

— Завтра? – засуетилась Вера, которой очень этого хотелось, но она подспудно почувствовала исходящий от Ларионова напор: он сам не осознавал, что привязывает ее.

— Когда ты только пожелаешь, – сник Ларионов. – Если пожелаешь. Но я бы этого очень хотел, не скрою.

— Я поеду, – спокойно сказала она. – Я тоже этого хочу. Давайте поедем завтра. К чему откладывать? Все равно мы условились встречаться два раза в неделю.