Онлайн книга «Вера»
|
— А Подушкин-то приехал! Вот молодец! Что же, Женька, у тебя все в мозги ушло?! В мужике рост и мясо должны быть, а то подержаться будет не за что! Дети любили Зою Макаровну и никогда не обижались на нее. А не обижался никто потому, что Зоя Макаровна и не хотела никого обидеть, а была искренней и прямолинейной. — Зоя, ты помолодела! – хвалила ее Алина Аркадьевна. — А я тебе скажу, почему! — Не надо, Зоя, тут дети, – захохотал Дмитрий Анатольевич. — Ему тридцать, и он… — Сантехник! – засмеялась Вера. — Вера! – ужаснулась Алина Аркадьевна. — А что? – не унималась Вера. – В прошлый раз Зоя перевозила в Москве диван, так его поднимали грузчики! — Верочка, ты всегда была проницательной и шустрой! В тебе есть огонек, который нравится мужчинам, как и во мне, – одобрительно подмигнула Зоя Макаровна. – На днях у меня пропал свет… — Электрик! – хором крикнули Вера, Маша и Алеша. — Это просто срам! – хохотала Алина Аркадьевна. – Степанида, самовар-то закипел?! — Кипит уже! – выглянула с кухни Степанида. – И не только самовар… Зоя Макаровна оглянулась. — А по какому случаю столько цветов? Какой дендрарий, какие сады Семирамиды в наших провинциях! Алина Аркадьевна взяла ситуацию в свои руки. — Зоя, к нам приехал в гости друг семьи, он нам тут и оказывает внимание. Прошу любить и жаловать. – Она посмотрела в сторону Ларионова. – Григорий Александрович Ларионов. Он сейчас в увольнении и скоро уедет в часть. Зоя Макаровна приложила свой дореволюционный лорнет и, быстро оценив «объект», как она называла мужчин, поняла, что поторопилась с электриком. Она протянула руку. Дети едва сдерживали смех. Ларионов подошел к ней и учтиво склонился к руке, но не поцеловал. Его забавляла Зоя Макаровна, и он придерживался установленных ею правил игры, но и о своих не забывал. «Подумать только, – пронеслось в голове у Алины Аркадьевны, – и откуда у этого деревенского мальчика-сироты все эти манеры русского офицера?!» Она вздохнула с тоской по своему прошлому, по юности и балам и порадовалась в душе за Веру. «Хоть бы у них все сложилось, – подумалось ей. – В нем есть какое-то природное благородство и вкус, которые нынче в большой редкости среди всех этих революционеров». Зоя Макаровна зарделась и, развернувшись так, как будто сейчас запоет, выдохнула: — Иванка-а! Где мой магазин?! Это знакомство надо отметить! Иванка тут же подлетела с «магазином», из которого выглянули напитки в ассортименте. Иванка и Зоя Макаровна выпивали всегда залпом и наливали по половине граненого стакана. Зоя Макаровна говорила, что «больше – дурной тон, а меньше – нет чувства». Женщины приобрели более яркий пурпурный оттенок, поскольку это был уже не первый за сегодня рейд круглосуточного «магазина». Несмотря на бытовой алкоголизм (как отзывался о ее шалостях Дмитрий Анатольевич), Зоя Макаровна никогда не была слишком пьяна. Спирт словно протекал сквозь нее, не задерживаясь в ее жизнелюбивых эритроцитах. — Она ужасно добрая, наша Зоя! – шепнула Вера Ларионову. – Ее семья погибла во время красного террора, а потом при загадочных обстоятельствах умер муж, и с тех пор она не расстается с «магазином». Ларионов помрачнел. Вера поняла, что задела его. — Григорий Александрович, это было давно: вы еще тогда были как я возрастом. |