Книга Вера, страница 167 – Алиса Клима

Ирина взглянула на него с искренней благодарностью. Он внимательно всматривался в нее, почему-то чувствуя промелькнувший холодок в центре груди.

Она стушевалась, отняла руку и засмеялась.

— А знаете, что выдала Балаян-Загурская?

— Что же мы на сей раз запишем в лагерную летопись цитат Анны Ивановны? – улыбнулся Ларионов, словно вернувшись в момент из какого-то мимолетно нахлынувшего оцепенения.

— Она вас наградила почетным званием мецената культуры и искусства зоны.

Они рассмеялись и разошлись каждый по своим делам. Ларионов обернулся ей вслед, словно все пытался вспомнить что-то важное, что увидел или услышал минуту назад. Но не мог уже восстановить эту неуловимую, но чем-то резко всколыхнувшую его вспышку бессознательного.

Ларионов вернулся в кабинет и занялся бумагами. Никогда он не чувствовал себя таким окрыленным. Его забота об Ирине и заключенных творила с ним чудеса. Он наполнялся все большей энергией деятельности и не заметил, как начал периодически строить какие-то планы и даже мечтать.

В дверь постучались. В проеме показалась косматая голова Кузьмича.

— Входи, входи, – воодушевленно сказал Ларионов. – С чем пожаловал?

Кузьмич пригладил бороду, подкрутил усы и залез во внутренний карман мохнатого тулупа.

— Танцуйте, ваше высокоблагородие, – улыбнулся Кузьмич беззубым ртом. – Давеча почту забирал. Губина нашла и для вас конвертик.

Воодушевление Ларионова немного потускнело. Но увидев, что письмо от Туманова, он махнул рукой:

— Спасибо, Кузьмич. Ступай.

Кузьмич ухмыльнулся и исчез за дверью. Ларионов удивился, что Туманов пренебрег телеграфом и отправил ему письмо. Он открыл конверт и развернул ополовиненный лист бумаги. На нем была лишь короткая фраза: «Нашлась Вера».

Ларионов сидел неподвижно и не мог оторвать глаз от этой надписи. Его бросило в жар. Он расстегнул горловину гимнастерки и тяжело дышал. Его охватила нервная дрожь, и он, не в силах выдержать эту новость, бросился к шкафу и выпил несколько глотков коньяка. Он утер рот и снова схватил письмо. «Нашлась Вера»! Эти слова беспрестанно теперь бились в висках. От прилива крови у него резко заболела голова.

Лицо его полыхало, а руки заледенели. Он снова выпил, открыл окно и вернулся за стол, сидя в оцепенении. Так он просидел с полчаса. Периодически он вздрагивал, ходил по комнате, непрерывно курил и хватался за голову. Это была его любовь! Это была несбыточная мечта! И она нашлась…

Дверь печально заскрипела. Он вздрогнул и обернулся. На пороге стояла в ватнике Ирина.

— Я стучала, – пожала она плечами с улыбкой, – но вы молчали.

Ларионов заметил почти испуг на ее лице. Должно быть, ее напугало невменяемое выражение его лица. Она не могла не видеть, как горели его щеки и лихорадочно мерцали глаза.

— Что с вами? – почти прошептала она.

Ларионов, закрыл окно, сел за стол и почему-то не мог заставить себя взглянуть ей в глаза. Он смотрел на лежащий перед ним лист с роковыми словами и никак не мог протолкнуть ком в горле.

— Что это? – спросила Ирина робко, кивнув на лист бумаги.

Ларионов вдруг смял его и сунул в карман.

— По работе, – буркнул он и не знал, куда девать себя. – Скажи лучше, чем тебе помочь.

Ирина сразу почувствовала, как фальшиво прозвучали эти слова. Нет, лист содержал что-то важное. Ларионов лгал. А значит, это не было связано с работой.